| ⁺ ° ₊Шꪖᴘль Пꫀᴘᴘꪮ₊ ° ⁺ | «Скꪖзꪮчнꪊк»Приносить? Обижаешь, мой дорогой! Блюдо должно быть исключительно первой свежести, поэтому жди, через пятнадцать минут я и продукты будем у тебя. Планирую сделать грибной крем-суп с гренками и соусом, а на десерт – черничные кексы. Надеюсь, ты не будешь против.
. . . Вы собираетесь готовить у меня дома? На моей кухне? Я не знаю, что меня удивляет больше: ваша уверенность в том, что это уместно, или тот факт, что я, кажется, не собираюсь вам отказывать.
| ⁺ ° ₊Шꪖᴘль Пꫀᴘᴘꪮ₊ ° ⁺ | «Скꪖзꪮчнꪊк»💙❌❌❌❌❌❌💙 🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟 Итак, сегодня после работы мне предстоит ещё одно важное дело! Навестить моего одного друга, Эдгара, который успешно идёт на поправку. В этот раз я просто обязан лично убедиться в том, что он хорошо питается, поэтому, мой юный друг, хочешь…
. . . Свидание? Перро, вы тоже туда же? Но от ужина не откажусь. Я всё ещё слаб, и, честно говоря, есть хочется. Только не приносите ничего жирного или острого.
. . . Меня выписывают. Наконец-то. Слабость всё ещё есть, но врач говорит, что через пару недель я вернусь к обычной жизни. Ранпо обещал проводить меня до дома. Я сказал, что не нуждаюсь в сопровождении, но спорить с ним бесполезно.
. . . Я уже могу ходить. Громко, впрочем, сказано. Я могу доковылять до окна и обратно. Могу сам взять стакан воды. Могу сесть, не чувствуя, что сейчас упаду. Это прогресс. Карл живёт у Ранпо. Я знаю, что он там. Ранпо присылает мне фотографии. Мне сказали, что он ведет себя крайне неприлично.
. . . Ранпо принёс Карла сегодня. Как только его опустили на кровать, он сразу же начал проверять, всё ли на месте. Обошёл меня кругом, обнюхал руки, уткнулся носом в бок, где была рана. Потом забрался на грудь, улёгся и начал мять одеяло лапами. Он тёрся носом о мою руку, пищал. Он не издавал таких звуков с тех пор, как был детёнышем.
. . . Он ушёл. Наконец-то. Я люблю его, но если он ещё раз назовёт меня идиотом, я, кажется, начну соглашаться. Сегодня он плакал. Долго. Я не знал, что он так умеет. Он всегда казался мне человеком, который не позволяет себе такой роскоши, как слёзы. Но он плакал, уткнувшись мне в плечо, и что-то говорил, и я не разобрал половину слов. Я не знаю, что я чувствую. Я хотел, чтобы он страдал. Я хотел, чтобы он почувствовал ту боль, которую я чувствовал все эти годы, чтобы он знал, каково это — терять. Но когда я увидел его слёзы, когда я почувствовал, как он дрожит — я не почувствовал торжества. Мне стало его жалко.
. . . Есть места, куда не стоит приходить без приглашения. И есть люди, которые всё равно приходят. Я направляюсь в одно из таких мест. Не скажу, куда. Я больше не могу сидеть в четырёх стенах и смотреть, как жизнь проходит мимо.
𝚃he 𝙶reat 𝙵itzgerald1️⃣5️⃣⁉️🔡9️⃣ ⁉️егодня мне принесли список грузов, которые должны прийти в порт в ближайшие дни. Один ящик привлёк моё внимание. Он числится как "архивные материалы", но отправитель — компания, которая официально не существует. Я проверил. Компания — фикция.…
. . . Я тоже пойду. Лавкрафт хорош, но склонен не замечать вещей до тех пор, пока эти вещи не набросятся на него с ножом. А я замечаю. Не могу сидеть здесь и ждать, пока кто-то другой будет разгребать это.
. . . Мистер Перро приходил. Он пробыл у меня около часа. Убеждал, что голодовка — это не выход. В итоге он добился только одного: я согласился пить воду. Не есть. Просто воду. Он сказал, что это уже что-то. Я сказал, что это ничего не меняет.
. . . Он живёт обычной жизнью. Он ходит на работу, ест сладости, улыбается людям. Как будто ничего не произошло. Как будто он не разрушил всё, что мы строили. Как будто он не сломал меня. Что ж. Я тоже могу играть в эту игру.
. . . А, и кстати. О чём была книга. Это была история о человеке, который потерял способность ориентироваться в пространстве. Я написал это для него. Чтобы он почувствовал, каково это — быть потерянным.
. . . Я запер его в книге. Без предупреждения. Да, он блуждал там несколько часов — но он вышел. Он всегда выходит. Он в порядке. А я — я не в порядке. Я никогда не был в порядке, и это началось не вчера, это началось шесть лет назад, когда он победил меня и даже не запомнил моего имени. Он сломал мне жизнь. ТЫ СЛОМАЛ МНЕ ЖИЗНЬ. Ты появился, разгадал всё, что я строил, и ушёл, а я остался сидеть в комнате, которая стала тюрьмой. Ты не заметил. Ты даже не обернулся. А теперь ты смеешь возмущаться, что я запер тебя в книге на пару часов?! Я ненавижу его за то, что он заставил меня чувствовать. Я ненавижу его за то, что он разрушил мою жизнь, а потом остался рядом, как будто ничего не произошло. Я ненавижу свою привязанность к нему. Я ненавижу себя за то, что не могу без него. Я ненавижу всё это.
. . . Я использовал кое-что, что знаю о нём. То, что обычно не замечают. То, что делает его уязвимым. Завтра я пойду в агентство. Отдам ему эту историю и буду смотреть, как он будет её читать — медленно, пытаясь удержать в голове то, что я нарочно запутал. Я хочу видеть его замешательство. Я хочу видеть его лицо в тот момент, когда он осознает, что я использовал его слабость.
. . . Я работаю над чем-то новым. И на этот раз я нашёл уязвимость, которую нельзя игнорировать. Она есть у каждого, даже у самого совершенного ума. Одна маленькая трещина в идеальной системе — я собираюсь использовать её. Мой дорогой Ранпо, ты узнаешь об этом, когда окажешься внутри. Не раньше.
. . . Вчера я взял рукопись и пошёл в агентство. Ранпо уже ждал — он всегда ждёт, когда я появляюсь с новым текстом. Я не знаю, как он чувствует это, но он никогда не ошибается. Я принёс пирожные. Мы сели пить чай, я протянул ему стопку бумаг, он начал читать. И знаете, что меня поразило больше всего? Он читал о том, как кишечник извивается и выпадает из трупа, и при этом спокойно жевал пирожное. Я смотрел на это и пытался понять, что именно я испытываю. Это было осознание того, что он — единственный человек, который может читать это с таким же спокойствием, с каким я пишу. Ничего. Я знаю, какой уязвимостью воспользуюсь в следующий раз. Он ещё не знает, что я готовлю.
. . . Рукопись готова. Последняя точка поставлена. Я не перечитывал её целиком, но я знаю, что это то, что я хотел написать. История о том, как тело продолжает двигаться после смерти. О кишечнике, который извивается сам по себе.Я знаю, что там есть вещи, которые можно было бы сделать иначе, но я оставлю их такими, какие они есть. Мне нужно было зафиксировать это состояние — и я его зафиксировал. Завтра я пойду в агентство. Покажу её Ранпо. Я хочу увидеть, как он это прочитает, как он замедлится, задумается. Возможно, это и есть моя настоящая победа.
. . . Кажется, всё постепенно возвращается на круги своя. Я снова много читаю, много пишу, много сижу за столом до глубокой ночи. Дни снова обрели форму. Я встаю, завариваю чай, сажусь за стол, открываю книги и начинаю писать. Никаких отвлечений. Рукопись движется медленно, но уверенно. Каждый новый абзац требует проверки, каждый образ — точности. Завтра — снова то же самое.
. . . Ранпо, как всегда, всё решил сам. Планетарий был его идеей — и, признаюсь, я не был против. Там темно, тихо, и можно просто сидеть, смотреть вверх и не думать о том, что нужно говорить. Я не смотрел на звёзды. Я смотрел на то, как он смотрит на них. Потом были такояки. Где-то в уличном киоске, у которого не было названия. Я не люблю уличную еду, но почему-то в тот момент она показалась подходящей. Мы гуляли по ночному городу.
How can I read @edgarpoe_setka without a Telegram account?
TGViewer shows the public web preview Telegram publishes for 𝓔𝓭𝓰𝓪𝓻 𝓐𝓵𝓵𝓪𝓷 𝓟𝓸𝓮: recent posts, photos, videos and the subscriber count, with no app, login or account.
How many subscribers does 𝓔𝓭𝓰𝓪𝓻 𝓐𝓵𝓵𝓪𝓷 𝓟𝓸𝓮 have?
𝓔𝓭𝓰𝓪𝓻 𝓐𝓵𝓵𝓪𝓷 𝓟𝓸𝓮 (@edgarpoe_setka) has 187 subscribers on Telegram, refreshed roughly every 30 minutes.
Does 𝓔𝓭𝓰𝓪𝓻 𝓐𝓵𝓵𝓪𝓷 𝓟𝓸𝓮 know I viewed it here?
No. Public channel previews carry no viewer identity, and TGViewer has no accounts or tracking of what you look up.
