Ко второй годовщине пейджерной атаки агентство Рейтерс выпустило фоторепортаж о ливанском мальчике, которому взрывом пейджера обожгло лицо и оторвало палец на руке. Пятнадцать фотографий, одна другой трогательнее. Али Аббас до взрыва и после. Али Аббас на больничной койке. Али Аббас играет в футбол, читает, плавает, готовится к школе. Под каждой фотографией развернутая подпись.

Внимание, вопрос: какое слово не встречается ни в одной из этих подписей? Правильно: Хизбалла. Первоначально этого слова не было и в заголовке: Two years after Israel's pager attacks in Lebanon, teenage survivor rebuilds life. Потом кому-то внезапно стало неудобно, и в заголовок на сайте добавили "against Hezbollah militants". Но в большинстве вариантов - на Reuters Connect, в видеоверсии, в аккаунтах Рейтерс в соцсетях и т.д. - этого довеска нет и сейчас.

Так что же случилось с Али Аббасом два года назад? А вот что: «Аббас получил ранение у себя дома 17 сентября 2024 года, когда в гостиной взорвался пейджер его отца. "Пейджер начал сильно вибрировать; он лежал под телевизором и упал на пол, — вспоминает мать. — Али наклонился, чтобы поднять его, и в этот момент устройство взорвалось у него в руках"». Откуда же у папы пейджер Хизбаллы? Читатель теряется в догадках.

Судьба папы, кстати, в репортаже не прояснена. Мама обильно представлена на снимках, братья и прочая родня тоже, а папы нет. И в тексте о нем ни словечка, кроме процитированного. Таинственная личность.

В общем, журналистские стандарты, XXI век. Мне кажется, у нас на журфаке их немного по-другому описывали.