Мекленбург – Передняя Померания: за какой штандорт проголосуют 20 сентября?
За пять дней до выборов в ландтаг Мекленбурга – Передней Померании (М-ПП) предвыборная борьба фактически превратилась в дуэль СДПГ и «Альтернативы для Германии». Последний ARD-DeutschlandTrend даёт АдГ 38%, социал-демократам – 33%. Остальные партии существенно отстают: «Левая» – 9%, ХДС – 7%, «Союз 90 / Зелёные» – 5%, «Союз Сары Вагенкнехт» (ССВ) – 4%.
Но за партийным противостоянием находится другой вопрос: каким должен стать экономический штандорт одной из наиболее периферийных (наряду с Саксонией-Ангальт) земель ФРГ? Экономика входит в число основных проблем, определяющих выбор избирателей наряду с образованием, миграцией и транспортом.
📌Первый вызов – недостаточно широкая индустриальная база и рабочие места. Специфика земли парадоксальна: относительно небольшой удельный вес промышленности частично защищает её от нынешнего спада этого сектора в ФРГ, но одновременно ограничивает создание высокопроизводительных и высокооплачиваемых рабочих мест. В августе безработица составляла 7,8%, а число занятых с обязательным социальным страхованием за год сократилось примерно на 3,3 тыс. человек.
Поэтому все партии говорят об экономическом росте, но предлагают разные его модели. СДПГ делает ставку на MV-Investitionsplan 2035: почти 2 млрд евро дополнительных инвестиций в инфраструктуру, поддержку традиционных отраслей – туризма, сельского хозяйства, пищевой и морской промышленности – и развитие энергетики, цифровой экономики и инноваций. АдГ выдвигает на первый план снижение налоговой и регуляторной нагрузки, дешёвую энергию и отказ от части климатических ограничений. Земельные ТПП, в свою очередь, требуют улучшения условий для инвестиций, сокращения бюрократии, развития инфраструктуры, инноваций и профессионального образования.
📌Второй вызов – кадры и демография. Здесь возникает характерная для восточногерманского штандорта комбинация: сравнительно высокая безработица сосуществует с растущим дефицитом квалифицированных работников. Согласно используемому правительством прогнозу, к 2030 г. около 9% спроса на рабочую силу в земле может оказаться не обеспечено предложением. Поэтому спор идёт уже не только о создании рабочих мест, но и о том, кто будет на них работать – местная молодёжь, возвращающиеся жители земли или квалифицированные мигранты.
📌Третий вызов – превращение энергетического потенциала в конкурентное преимущество. М-ПП располагает сильными позициями в ветровой энергетике, включая морскую, и формируемой водородной экономике. Но именно здесь проходит одна из наиболее глубоких линий партийного размежевания. СДПГ хочет использовать произведённую в земле возобновляемую электроэнергию для более дешёвого энергоснабжения местных потребителей и предприятий. АдГ выступает против дальнейшего форсированного расширения ветроэнергетики, за возвращение к атомной энергетике и возобновление поставок трубопроводного газа по «Северным потокам».
Символом этой развилки остаётся Лубмин. Бывшая площадка АЭС, береговая точка входа труб Nord Stream и один из центров новой газовой инфраструктуры концентрируют сразу несколько этапов германской энергетической политики. Даже начавшийся демонтаж неиспользуемой газовой установки, предназначенной для работы с российским газом и передаваемой Украине, непосредственно вошёл в предвыборную борьбу: АдГ потребовала приостановить работы, ссылаясь на безопасность критической инфраструктуры.
📌Четвёртый вызов – морская экономика как новая промышленная база. Росток располагает крупнейшим германским портом на Балтике: в 2025 г. его грузооборот достиг рекордных примерно 31 млн т. Вокруг портовой инфраструктуры формируется кластер офшорной энергетики, производства конвертерных платформ, водородных технологий, подводных исследований и всё более значимой для официального Берлина сектора ВПК. Только в нынешнюю пятилетнюю земельную легислатуру шесть связанных с морской инфраструктурой проектов в Ростоке получили около 113 млн евро поддержки из бюджета М-ПП, обеспечив почти 160 млн евро дополнительных инвестиций.
Это меняет традиционную роль портов земли. Росток, Висмар и Засниц – уже не только транспортные ворота в Скандинавию и Балтийский регион, но потенциальные энергетические и индустриальные узлы нового штандорта. М-ПП непосредственно участвует в капитале компаний – операторов этих трёх портов.
📌Пятый вызов – туризм между успехом и структурной зависимостью. В 2025 г. земля приняла 8,2 млн гостей, число ночёвок достигло 33,3 млн – второго результата за всю историю наблюдений. Туризм создаёт около 3,9 млрд евро добавленной стоимости и прямо или косвенно обеспечивает средства к существованию примерно 160 тыс. человек.
Одновременно столь высокая роль отрасли означает зависимость от сезонности, кадров, транспортной доступности, стоимости энергии и качества коммунальной инфраструктуры. Поэтому туризм здесь – не отдельная отрасль, а один из индикаторов качества всего регионального штандорта.
Таким образом, за противостоянием АдГ и СДПГ стоят две конкурирующие модели развития. Одна связывает модернизацию земли с государственными инвестициями, ВИЭ, новой энергетикой, портами, инновациями и привлечением кадров. Другая – с дерегулированием, снижением стоимости энергии, пересмотром климатической политики и частичным возвращением к прежней энергетической модели.
20 сентября избиратели будут голосовать не только за новый ландтаг Мекленбурга – Передней Померании. Они фактически выберут направление дальнейшей трансформации одного из наиболее специфических штандортов Германии.