Недавно писали о нём — одном из последних классиков русской литературы — в связи с днём его памяти.
В этот раз ограничимся двумя цитатами из книги «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина».
— Их бин капитан Миляга, — заторопился он. — Миллег, Миллег. Ферштейн? — Всё же несколько немецких слов он знал.
«Капитан Миллег», — записал лейтенант в протоколе допроса первые сведения. И поднял глаза на пленника, не зная, как спросить о роде войск, в котором тот служит.
Но тот предупредил его и спешил давать показания:
— Их бин ист... арбайтен... арбайтен, ферштейн?.. — Капитан изобразил руками некую работу, не то копание огорода, не то пиление напильником. — Их бин ист арбайтен... — Он задумался, как обозначить своё Учреждение, и вдруг нашел неожиданный эквивалент: — Их бин арбайтен ин руссиш гестапо.
— Гестапо? — нахмурился белобрысый, поняв слова допрашиваемого по-своему. — Ду коммунистен стрелирт, паф-паф?
— Я, я, — охотно подтвердил капитан. — Унд коммунистен, унд беспартийнен всех расстрелирт, паф-паф, — изображая пистолетную стрельбу, капитан размахивал правой рукой.
Но как на грех, дела в колхозе шли плохо. То есть не так чтобы очень плохо, можно было бы даже сказать — хорошо, но с каждым годом всё хуже и хуже.
📸 Владимир Войнович (слева) во время службы в Советской армии. 1951
🔔 Подписывайтесь на Эхо Оттепели