Рассматривая мировую статистику по промышленным роботам, надо учитывать особенности этого процесса – не во всех странах мира есть предпосылки к роботизации. Об этом пишет к.э.н. Татьяна Сергиевич из Белорусского национального технического университета («Вестник Полоцкого государственного университета. Серия D. Экономические и юридические науки», №1, 2023).

«Китайские учёные, анализирующие эмпирические данные в целях оценки взаимосвязи повышения затрат на рабочую силу и внедрения промышленных роботов, пришли к выводу, что «при увеличении минимальной заработной платы на 10% в период с 2008 по 2012 гг. вероятность внедрения роботов фирмой увеличивается на 0,11 процентных пункта по сравнению со средней вероятностью внедрения роботов, равной 0,19% за тот же период. Влияние более высокой минимальной заработной платы на внедрение роботов сильнее для компаний с более высокой производительностью, расположенных в прибрежных районах Китая, частных компаний и компаний, работающих в отраслях, требующих квалифицированного труда.

Boston Consulting Group предполагает, что производители начинают рассматривать возможность перехода на автоматику в тот момент, когда разница между стоимостью труда и стоимостью закупки и обслуживания роботов составляет не менее 15% в пользу роботов. Но Выводы Boston Consulting Group могут выглядеть довольно обоснованными в случае абстрагирования от большого количества иных (не чисто экономических) факторов, обусловливающих или сдерживающих роботизацию экономики, таких как государственное стимулирование роботизации, деятельность профсоюзов, трудодефицитность экономики и т.д. Например, китайские учёные доказали, что «расходы на роботов в значительной степени коррелируют со статусом членства в Коммунистической партии главного исполнительного директора фирмы».

Среди основных отраслей экономики, в которых востребованы промышленные роботы, - автомобилестроение, на которое приходится около 30% мирового спроса, и производство электроники (25%). Практика демонстрирует, что развитие данных отраслей сопровождается ростом спроса на промышленных роботов. Например, более чем пятикратный рост поставок во Вьетнам промышленных роботов в 2017 г. в сравнении с 2016 г. был обусловлен тем, что «в стране стало появляться всё больше производств электроники, которые необходимо автоматизировать».

Индия же, активно стимулирующая собственную автомобильную промышленность, в период 2015-2019 гг. удвоила число используемых промышленных роботов. Взаимосвязь между развитием автомобилестроения в Индии и числом устанавливаемых промышленных роботов подтверждается тем фактом, что 44% устанавливаемых в этой стране роботов приходится именно на автомобилестроение. В 2020 г. Индия обладала 12-м по величине в мире рынком промышленных роботов (по числу устанавливаемых промышленных роботов в год) с количеством в 3,2 тыс.
И.Карабегович, исследовавший роль промышленных роботов в развитии автомобильной промышленности КНР, пришел к выводу, что «Китай с каждым годом наращивает использование промышленных роботов, т.е. проводит модернизацию и автоматизацию производственных процессов во всех отраслях промышленности, и на первом месте стоит автомобильная промышленность».

Т.е. 55% промышленных роботов приходится лишь на две отрасли – автомобильную и электроники. Соответственно, мировыми лидерами по роботизации являются те страны, где активно развиваются эти две отрасли – например, у мирового чемпиона про промышленным роботам в Южной Корее.
Если же в России автомобилестроение и производство электроники находится на минимальном уровне, мы никогда статистически не войдём в мировые лидеры по этому процессу.