Пришло время разобраться ещё с одним крепко укоренившимся и более других влияющим на восприятие всего, что связано с экономической историей поздней РИ, мифом.

Когда в ходе обработки результатов переписи 1897 г. имперские статистики озадачились сравнением уровня урбанизации в России и на Западе, то столкнулись с необходимостью ответа на ключевой вопрос: что есть город?

В статистике большинства государств современного цивилизованного мира давно уже установилось деление всего населения на две группы, а именно: на население городское и сельское. Обе эти группы населения представляют значительные особенности, как в образе жизни, занятиях и в культурном отношении, так и в самом их составе.

Это различие естественно не могло не обращать на себя внимание статистиков, и побуждало их к установлению объективных оснований для соответствующей группировки населённых мест, а вместе с тем и самого населения. Но вопрос о распределении населённых пунктов на городские и сельские, имеющий весьма важное социальное значение, принадлежит к числу чрезвычайно трудных и сложных, вследствие чего и до настоящего времени, к сожалению, ни официальная статистика, ни наука не установили таких оснований, которые можно было бы считать общепризнанными.

Наибольшим распространением, однако, пользуется деление населённых пунктов на городские и сельские на основании числа жителей в них, причём под городским населением разумеется обыкновенно совокупность жителей поселений, составляющих отдельную общину в две и более тысячи душ, население же прочих относится к сельским обитателям.

Такое основание, введённое ещё в половине прошлого столетия во Франции, а впоследствии принятое в статистике большинства государств континета Европы, несмотря на одобрение Международным Статистическим Институтом, не пользуется всё же общим признанием; так, в Америке этот низший предел повышается до 8.000, в Англии же считается городским населением, население городов, составляющих отдельные санитарные округа. В некоторых других государствах, например, в Швеции и Норвегии к городам относятся населённые пункты, имеющие определённое административное устройство.

В России до настоящего времени под городами также разумеются такие поселения, которым, кроме наименования города, законом присвоено и особое административное устройство и управление.

Кроме городов, однако, в России уже издавна выделилось много таких населенных пунктов, которые, хотя и не признаны по закону за города и не имеют даже городского устройства, как некоторые посады и местечки, но по промышленному и торговому значению их, а также по жизненным условиям населения и занятиям последнего ничем не отличаются от городов. Это обстоятельство тем более обращает на себя внимание, что по существу далеко не всегда возможно провести резкую грань между русскими городами и селениями, так как многие из городов носят совершенно сельский характер и наоборот.

(Первая всеобщая перепись населения Российской Империи 1897 г. Города и поселения в уездах, имеющие 2000 и более жителей. Под ред. Тройницкого Н.А. - С.-Пб.: паровая типо-лит. Н.Л. Ныркина, 1905, с. 1)

Оказалось, что для сопоставления отдельных государств по признаку урбанизации необходимо прежде прийти к некоему общему знаменателю в основаниях группировки н.п. и их населения в городские и сельские. Наиболее универсальный - статистический (2 тыс. жителей) - критерий, по которому н.п. мог быть отнесён к числу городских, в то время последовально проводился во Франции и, как позднее уточнял С.А. Новосельский, в Германии и Австрии, а с 1910 г. - и в США[1][2]. Доля горожан в населении перечисленных стран на рубеже веков составляла соответственно: 41,5% (1901 г.), 54,4% (1900 г.), 38,2% (1900 г.) и 45% (1910 г.)[3][4][5][2]. Если и в случае с Россией отойти от нестатистического принципа и принять в качестве нижней границы нормы жителей для городов те же 2 тысячи, то обнаружим, что...

Число населённых пунктов этого размера в России, вместе с городами, доходит до 7.167 с населением в 39.644.133 человек, что составляет уже 31,5% всего населения Империи[6].

...согласно переписи 1897 года, население городское, по официально принятому разграничению, составляет 13% общей численности населения, а при разграничении по статистической норме, в 2 тыс. человек, доходит до 31,5%[1].

Итак, стоило лишь немного отклониться от заданного левой историографией вектора в исследовании данного вопроса, как вдруг застрявшая в начале 19 века сплошь крестьянская Россия встала, с поправками на учет инородческого населения и разницу в несколько лет между проводившимися переписями, в один ряд с Австрией, не так уж сильно отстав от Франции с США.

Источники в комментариях.