Иван Жилинский
4 февраля 1942 года

Мама умерла днем в 4 ½ часа. Она перешла из Олиной (Иван.) комнаты в мою, говоря, что она замерзает. Потом присела на свое место у стола с самоваром у печи и сказала мне: «Вот, Ваня, оставляю тебе после моей смерти все, что останется: серебряную столовую ложку и две чайные и серебряную чарочку — Вам для серебряной свадьбы. Дарю тебе как старшему сыну, больше ничего я тебе, хоть и хотела бы дать, но не имею. А из вещей все твое. Употреби часть на мои похороны. Потом прибавила, что какие у ней вещи? Что и зимнее старое, и осеннее пальто она получила с моего плеча, платок дала Ольга Николаевна, туфли тоже и т. д. Потом она посмотрела на стол похвалила самовар и добавила: «С большим удовольствием я пила чай из самовара, но если умру, то вот, Ваня, эту мою чайную кружку и блюдечко береги, если когда все соберетесь, то пей с гостями из нее чай и говори, что я тебе ее подарила и из этой чашки с наслаждением пила чай, когда в Лен-де был голод». 

Я весь день был дома, т. к. этот день у меня посвящен коммерческой фотографии. Очень интенсивный обстрел Лен-да из дальнобойных. В ночь на 4/II я съел у Оли весь хлеб, 500 гр. 4/II утром в очереди у хлебн. магазина купил 400 гр. за 180 руб. хлеба и принес Оле. Сегодня снял домуправа; вышло хорошо, и через 2 часа отдал ему пару карточек. 
Оля пришла из города к 18 час. Мама была уже холодная. А дело было так. Она со мной разговаривала часов в 15, пока я делал карточки, а часов в 16 из кухни слышу: «Ой, ой», и мама шлепнулась на сундук у стола, взялась за сердце. Я, подбежав, предложил валерианки, и пока я вернулся из комнаты от ее аптечки, она отвалилась на сундуке навзничь и слабо, слабо дышала, а потом и перестала дышать. 
Я стал ждать Олю. Когда она пришла, мы перенесли ее в комнату Оли Гродской, где ее кроватка. Раздели, помыли, одели и уложили по-христиански на кровать, поставив у изголовья ее любимую икону. 
Вот и мы, грешные, решили пока никому не говорить о смерти. Ведь надо собрать хлеб (ее же паек) на то, чтобы вырыть могилу, сделать гроб и т. п. Ведь на деньги ничего не делается, а только за хлеб, а где же его взять, как не таким способом? Ну, заодно решили и себя хоть немного поддержать, т. к. придется во время похорон потратить очень много энергии и сил, а силы-то этой нет. 
Так. обр., у нас теперь в доме очень много покойников собралось: Усачев, Федоров, сын Усачева, Сыропатов, сын Анны Вас., наша мама и еще на очереди есть слабые, безнадежные, изголодавшиеся.

#иванжилинский