Анатомия скандала: как соцсети превращают людей в контент

В кейсе с изменяющим CEO на концерте Coldplay, который льется сейчас из каждого утюга, есть три сюжета, которые позволят посмотреть на эту историю объемнее.

1. В обществе по умолчанию действует установка: если ты пытаешься избежать публичности — значит ты виновен. Внимание к паре было привлечено, потому что, оказавшись на виду у стадиона, у них автоматически сработал инстинкт рептильного мозга — скрыться. Именно это породило реплику со сцену про измену, привлекло внимание к видео и оно оказалось в сети.

Однако, может быть нам нужна новая общественная норма: «Попытка сохранить конфиденциальность не является доказательством вины»?

2. Социальные медиа и бренды раскручивают вирус. Где проходит та грань, когда дальнейшиее распространение информации превращается в чрезмерность? Сначала публикации затрагивали CEO и HR, на которых было направлено чувство справедливости толпы, поддерживаемое моральным превосходством, а сейчас начали появляться фотографии жены CEO с их тремя детьми. Супругу закрутило в Мальстрём (водоворот публичности), потому что социальная сеть не имеет предохранителей и стоп-сигналов — ей движет желание заработать просмотры.

3. Внимание толпы приковано к единственному морально понятному узлу — изменяющему CEO. Но если мы на примере этого кейса хотим понять механизм превращения события в публичный скандал, нам следует, во-первых, провести обратную компрессию — увидеть что переход скандала на публичный уровень был со-создан цепочкой агентов от оператора и режиссера трансляции до рекомендательных алгоритмов платформ.

Во-вторых, выделить ответственность разных акторов: от ответственности за власть в отношениях до монетизации брендами скандала, и понять что остается невидимым — например, никто не возмущается, что была нарушена конфиденциальность жены изменщика.

Напоследок две выкладки:

В паноптикуме 3.0 за вами не наблюдают непрерывно — за вами наблюдают случайным вероятностым образом. «Веди себя хорошо, за нами следят» уже не работает — в новой форме слежки потенциальная возможность цифровой публичности создает фоновый стыд: постоянную возможность разоблачения.

Ну и мы не ушли никуда дальше римского стадиона — древние общины выбирали козлов отпущения для разрядки коллективного напряжения. Сегодня алгоритм выбирает их случайным образом, но социальная функция сохраняется: кратковременное, катарсическое моральное единодушие среди незнакомцев.

Полезно думать об этом, перед тем как захочется что-то интуитивно перепостить.