Политическая и общественная система Украины, как и многих других постсоветских республик и не только постсоветских, характеризовалась и характеризуется патрон-клиентским устройством.

Патрон-клиентские отношения — это длительные, часто договорные отношения, при которых влиятельный человек (патрон) обеспечивает вознаграждение и услуги более скромным или слабым людям (клиентам) в обмен на их лояльность и поддержку.

Подобное устройство общества имеют многотысячелетнюю историю и воспроизводится вновь и вновь, соседствуя с более современными типами общественного устройства. Патрон-клиентские сети не являются характеристикой элит, но пронизывают все общество. Патрон-клиентская сеть может существовать в коллективе сотрудников жэка, а может существовать в правительстве. Именно из-за своей всенародности эта система воспроизводится вновь и вновь в элитах, даже в случае их полной смены. Эти сети могут вступать в союзы друг с другом, образуя более крупные системы для достижения совместных целей, которые можно назвать кланами. По сути на Украине существовали и существуют два контура власти - формальные институты, доставшиеся стране отчасти еще от советской системы - парламент, правительство, институт президентства. Эти институты публичны и узаконены. Но второй и более влиятельный слой системы власти - это неформальные институты. Те самые патрон-клиентские сети, объединенные в кланы, которые и формируют зачастую реальный баланс власти, в то время как формальные институты в лучшем случае становятся их публичными выразителями, а иногда и просто марионетками, говорящими головами.

После 1991 года на Украине сложилось несколько кланов, состоящих из союзов патрон-клиентских сетей. Постепенно наиболее влиятельными из них стали три - донецкий, днепропетровский, киевский. Первые два обрели силу благодаря своему контролю над базовыми регионами украинской экономики, полученному в ходе приватизации и через административный ресурс - третий, опирался в первую очередь на столичный админресурс и связанные с ним возможности по перераспределению собственности и власти.

Наиболее консолидированным из этих кланов, в ходе внутренней войны в которой некоторые донбасские патрон-клиентские сети были буквально уничтожены, оказался донбасский. Тут определились четкие лидеры, вышедшие из бюрократическо-криминальной среды. Им удалось выстроить четкую экономическую и партийную вертикаль, преодолеть внутренние расколы. В сочетании с огромным экономическим влиянием, этот клан имел наибольшие шансы осуществить захват государства.

Днепропетровский клан также шел к консолидации, хотя и менее кроваво. Тем более к концу 90-х им удалось взять под контроль два ключевых формальных института государства - пост президента и правительство, а также обеспечить значительное влияние в парламенте. Однако, после ареста американцами премьера Лазаренко, который был ключевым консолидирующим патроном клана, днепропетровские сети так и не смогли добиться консолидации, характерной для Донбасса. Отдельные сети продолжили конкурировать друг с другом, хотя и вступая в ситуативные союзы. Ни единой экономической, ни единой партийной структуры создать они не смогли.

Что касается киевского клана, то имена многих из них, за исключением Виктора Медведчука, сейчас, пожалуй, уже не известны широкой публике. Хотя именно этот клан стал первым регионально-олигархическим кланом Украины, который заложил стандарты клановой стратегии захвата влияния. Эта группа сложилась еще в позднем СССР вокруг горисполкома Киева и со временем распространила свое влияние в энергетике, финансах и промышленности. Апогеем их влияния стал период второго срока президента Кучмы, когда он вступил с ними в ситуативный союз, а начиная с 2002 года к этому союзу присоединились и донецкие в статусе преемников власти в стране.

Продолжение