18 февраля утром мне позвонил один из лучших моих бывших товарищей - Альф. Ветеран Афганистана, родом из Тореза, был нардепом Украины первого созыва, участвовал в миротворческой миссии в Югославии, парашютный инструктор и лучший друг одного из первых погибших на Донбассе ополченцев - Ромашки. Он сообщил, что назревает бойня в которой стоит либо поучаствовать, либо приехать посмотреть для истории. Сам он майдан ненавидел, равно как и Януковича, но старался не пропускать наиболее исторические моменты. Я тут же приехал и встретил его неподалеку от того дома, который известен теперь, как дом Миндича. Он сразу показал мне, что у него в куртке в передних карманах лежат два жестких диска в качестве импровизированной защиты. Ничего лучши под рукой не оказалось. У меня даже таких дисков не было, поэтому я планировал в этот раз подальше держаться от толпы, которая уже активно разбирала плитку парка и швыряла в сторону милиции и антимайдановцев. Последние из-за спин оцепления отвечали тем же. Первый же взгляд на происходящее показал, что дело начинается серьезное, хотя за сутки до этого майдан уже стал расходиться и и даже мерию города освободили. Начинали действовать соглашения о примирении. В этот день толпа пришла под Раду, чтобы проконтролировать отмену так называемых диктаторских законов. Контроль быстро перерос в драки и убийства в разных частях центра. Местами уже была стрельба. Обе стороны несмотря на соглашения не проявляли особой пощады друг к другу. Если наткнешься на группу милиции и они заподозрят в тебе участников беспорядков могли и покалечить, если наткнешься на майдановцев и они заподозрят в тебе титушку, могли и забить до смерти или похитить, а потом замучать. Поэтому лучше всего было быть похожим на типичного зеваку киевлянина, кем мы собственно с Альфом и были.

Мы стояли неподалеку от Минздрава, находящегося в парке перед Радой и наблюдали настоящее средневековое сражение стенка на стенку в котором римские легионеры отбивались от яростных атак значительно хуже организованных варваров. Наблюдали и ждали чем кончится дальше. Через какое-то время ряды варваров дрогнули и они начали бежать. Как я понял из произошедшего их обошел отряд милиции и ударил с тыла, они не выдержали напора и побежали. Подобные бегства происходили и ранее неоднократно. Все-таки толпа есть толпа. Но в этот раз получилось иначе. Ярость с обеих сторон достигла такого накала, что их преследовали не просто подгоняя палками, а жесточайшим образом избивая. К избиению быстро присоединились и титушки, внешне мало отличимые от майдановцев. Были они даже свирепее ментов и были вооружены деревянными дубинами, стальными прутьями. Толпа устремилась бежать в сторону метро Арсенальной, а часть обреченных побежала к дому построенному для офицеров Красной Армии, который был построен в мае 1941 и в котором офицеры так и не успели пожить. Бедолаги пытались скрыться в подъездах и щелях, везде их настигали и били. Много тел осталось валяться прямо в парке без признаков жизни. Признаться честно, мы с Альфом испытывали удовлетворение от увиденной картины. Казалось это начало конца майдана. Особенно торжественным был момент, когда на ногах не осталось ни одного майдановца и сокрушившая их толпа, смешавшихся титушек и ментов подняв оружие вверх стала триумфально кричать: “Победа”. Это был торжественный момент победы на поле боя.
Мы же увидев тело, которое валялось метрах в ста от нас в парке, подошли и Альф начал оказывать ему первую помощь. Это был обычный сельский мужик, которому очень не слабо досталось по голове, он был залит кровью. Но жив. Я сбегал к приехавшим машинам скорой помощи и они его забрали.

Продолжение