𝐋𝐄𝐒 𝐄𝐂𝐇𝐎𝐒 𝐃𝐄 𝐋'𝐀𝐌𝐄 𝐃'𝐔𝐍 𝐀𝐍𝐆𝐄 𝐃𝐄𝐂𝐇𝐔. [Закрыт.]: “Находясь в другой ситуации никто бы не стал так безоговорочно подчинят…”

Находясь в другой ситуации никто бы не стал так безоговорочно подчиняться, но сейчас не хватало сил на сопротивление. Раньше его белая рубашка была чистой, но теперь она некрасиво смотрелась в пятнах старой и свежей крови. Драко сжал в руках розу, её маленькие шипы впились в ладонь, оставляя порезы. Он собрал последние силы и бросил бутон в угол комнаты, снова усевшись в кресло с закрытыми глазами. Его тело пылало, словно он подошел слишком близко к вратам ада. Желание погрузиться в ледяную воду было сильным, чтобы затушить боль. Помочь мог лишь один человек — тот, от кого он меньше всего ожидал поддержки. На секунду ему показалось, что боль утихла и горло больше не жжет. Тихий стук в дверь раздался в его смятом сознании.

— Войдите, — вроде бы сказал Снейп уже тихим голосом.

И тут он почувствовал её. Почувствовал, как та едкая боль уходит, а жар сменяется приятным холодом. Он одновременно обожал эти ощущения и боялся их, ведь они были подобны наркотику, с которого невозможно соскочить. Стоило только погрузиться с головой в это состояние, идя по коридору на урок, ноги сами направлялись к ней. Было ощущение, что он был лишь малой частью магнита, который сначала притягивает с бешеной скоростью, а затем безжалостно отталкивает. Дверь тихонько скрипнула, и послышались шаги за спиной. Больше не было сил сопротивляться, когда она находилась так близко — всего лишь протянуть рукой и коснуться. Так просто и так невозможно. И пусть розы пронзают полностью, но нужно не допустить этого. Ни за что.

— Оставлю вас, — проговорил профессор, параллельно кося на Малфоя. Спустя некоторое время его темный силуэт растворился за тяжёлой деревянной дверью, и в кабинете наступила тишина.

Он ощущал её присутствие каждой клеточкой своего тела, которые тянулись к ней как к единственному источнику спасения. Инстинкт самосохранения пытался одержать верх над разумом. Головная боль сошла на нет. Она слишком близко. Катастрофически близко.

Ханахаки — слишком редкая болезнь. Многие уже считали её мифом. Известно, что это болезнь, при которой больной откашливает любимые цветы возлюбленного из-за неразделённой любви. Возникает лишь у тех, кто искренне влюблён в кого-то.

Джинни в глубине души понятия не имела, как поступить будет правильнее. С одной стороны, она понимала, что это Малфой, и он скорее сам подавится розами, нежели вдруг вздумает рассмотреть другой вариант и подпустить её ближе. Ей безумно нравилась идея с кукловодом. Только кукла досталась непредсказуемая.

Не успев поднять свою руку, как Драко вскочил, как ошпаренный. Взгляд его уже не был расфокусированным, но до сих пор покачивало. Те идеально сложенные волосы превратились в сущий кошмар, заляпанные кровью.

— Не подходи. — слова вылетели из рта, а в глазах читалась только ненависть. Его по-настоящему можно было сравнить лишь с одним существом — раненым зверьком, который медленно сходит с ума от боли и ненависти к миру, что так несправедливо относится к нему.

Рыжеволосая коснулась кончиками пальцев до воспалённого участка, кажется, на его шее, от чего ветвь розы, что росла совсем недавно, затянулась в небольшой кровавый след.

— Пошла вон. Немедленно, — голос чуть вздрогнул. Не хотелось тратить время на произношение. Повернув голову в сторону и направив взгляд куда-то, кажется, в левый угол, буквально показывая, что говорить больше не о чем. Уизли смотрела на его профиль и пятна на коже, которые хотелось поскорее заживить, но понимание того, что сейчас лучше уйти, взяло верх. Вздохнув, она стремительным шагом вышла за дверь, хлопнув её чуть сильнее, чем полагается.