Из зала суда: интересный случай дробления digital-агентства

Два юрлица и два ИП вели деятельность digital-агентства. Каждый из участников группы, по мнению суда первой и второй инстанции, оказывал услуги, связанные с продвижением интернет-сайтов заказчиков, с применением собственной уникальной технологии. Проверяемый налогоплательщик делал акцент на улучшение текстового контента сайта и наращивание качественной ссылочной массы сайта; второе ООО работало с авторской программой, основанной на искусственном интеллекте; ИП О. применял технологию, основанную на работе с семантикой, а ИП Б. концентрировался на улучшении поведенческих факторов пользователей.

Вроде бы схема выглядит вполне прилично, иначе не устояла бы в суде первой и второй инстанции.

Цель организации предпринимательской деятельности в рамках группы лиц заключалась в выявлении на основе соперничества хозяйствующих субъектов наиболее перспективных и коммерчески емких технологий в сфере интернет-маркетинга.

Красиво звучит, не правда ли?

Результаты указанного предпринимательского эксперимента были подведены в 2019 г., когда стало очевидно, что конкурентная среда приобрела стойкий тренд на автоматизацию и использование элементов искусственного интеллекта, в связи с чем, использовавшиеся ИП Б., ИП О. технологии фактически утратили свою результативность, а значит, и актуальность для рынка, а технология, используемая проверяемой организацией, утратила актуальность на перспективу. В этой связи указанными лицами были приняты решения о прекращении предпринимательской деятельности: ИП Б. и ИП О. прекратили деятельность в феврале и мае 2020 года соответственно, участниками проверяемой организации в конце 2021 года было принято решение о ликвидации, однако процедура ликвидации приостановлена в связи с начавшейся проверкой.

Всё вполне обосновано.

Исходя из указанных обстоятельств, суды первой и второй инстанций пришли к выводу о том, что организация предпринимательской деятельности по типу группы компаний в рассматриваемом случае имела понятную и разумную цель делового характера и не была направлена исключительно на получение налоговой выгоды. Несмотря на взаимозависимость участников группы, они имели свой собственный штат сотрудников, клиентскую базу, самостоятельно исполняли обязательства по договорам с контрагентами, оплачивали текущие расходы, связанные с ведением ими предпринимательской деятельности, вели раздельный бухгалтерский учет, самостоятельно исчисляли и уплачивали налоги и сборы в рамках применяемых ими налоговых режимов.
Нахождение участников группы по одному адресу, наличие общих контактов, IP-адресов, использование хозяйствующими субъектами общего бренда (товарного знака), равно как и такие обстоятельства как участие сотрудников общества в проведении собеседований с кандидатами при приеме на работу в компании, входящих в группу, а также размещение им открытых вакансий в компаниях группы от своего имени, в данном случае, как указано судами, не могут быть истолкованы как однозначно подтверждающие отсутствие самостоятельности у взаимозависимых с обществом лиц, а являются результатом оптимизации бизнес-процессов внутри группы с целью минимизации т.н. «непроизводственных» издержек.

Победа была так близка.

Часть 2 читайте здесь

#мспживи
#мспсудится