Изложу некоторые соображения о влиянии войны в Иране на физическое предложение нефти на мировом рынке. Подчеркиваю: речь исключительно про физические объемы!!! Что будет с ценами никто не знает. LPG касаться пока не буду, это большая отдельная тема.

Есть две механики влияния войны на мировое предложение нефти. Первая связана с весьма вероятным разрушением нефтедобывающей инфраструктуры самого Ирана и его полным или частичным уходом с рынка нефти на срок от нескольких месяцев до многих лет. Вторая - со временным закрытем Ормузского пролива и временным же прекращением экспорта той нефти третьих стран, которая не может быть отправлена на мировой рынок кроме как через пролив, но экспорт которой в основном восстановится как только пролив будет снова открыт.

1. В 2025 году Иран экспортировал нефть в диапазоне 1,5-1,7 млн баррелей в день (далее мбд). Добывал больше, но внутренне потребление там тоже немалое. В то же время в 2025 году на мировом рынке наблюдалось заметное превышение производства нефти над ее потреблением. Кто-то говорит об 1 мбд, кто-то едва ли не о 2 с лишним. Реальность скорее в диапазоне 1,1-1,4 мбд лишней нефти, но это не точно.
В этих условиях исчезновение с нефтяного рынка отдельно только Ирана никакой глобальной разбалансировки рынка произвести не может. Исчезнет навес предложения над спросом весь 2025 год закупавшийся в китайские резервы. Возможно возникнет незначительный дефицит 0,2-0,4 мбд, что соответствует значениям наблюдавшимся в 2023-2024, который быстро будет нивелирован под воздействием рыночных стимулов.

2. В вопросе краткосрочных эффектов войны надо сравнивать существующие в мире запасы уже добытой товарной нефти, хранящейся в стратегических и коммерческих резервах со временно выпадающими объемами залива. Мировые запасы сегодня составляют 6-8 млрд баррелей, как считать. Только за прошлый год эти запасы выросли не то на 400, не то и вовсе на 700 млн баррелей.

Если бы война закончилась сегодня потери мировой нефтедобычи за пределами Ирана вряд ли сильно отличались бы от ноля. Пока добыча в основном продолжается, а нефть накапливается в хранилищах залива. При возобновлении нормального судоходства возникшие излишки и пробки из танкеров рассосались бы за несколько недель без серьезных потерь для годового объема добычи. Если война продлится сильно дольше ситуация заметно изменится. Все доступные хранилища и альтернативные экспортные маршруты будут заполнены, придется сокращать добычу на около 5 мбд, которые просто физически невозможно вывезти иначе как через пролив. Ну хорошо, пусть даже будет 8 мбд.

Даже при таких допущениях выпадает не более 150-250 млн баррелей в месяц. Т.е. только для того, чтобы сжечь дополнительные запасы нефти созданные в 2025 году потребуется 2-4 месяцев полной блокады Ормузского пролива.

Однако подобные рассуждения были бы оправданны если бы мы за последние годы не наблюдали многочисленных быстрых адаптаций российского, иранского и венесуэльского нефтяного экспорта к меняющейся ситуации. Даже в последнюю неделю максимально острой фазы боевых действий какие-то танкеры продолжали проходить Ормузский пролив. Сколько их – сказать сложно, они выключают транспондеры, но речь о плюс-минус 10 танкерах в день против 110-130 обычно. И я не понимаю почему эта цифра в ближайшее время не вырастет.
Операционная себестоимость добычи барреля в персидском заливе очень низкая, местами даже ниже 1 доллара за баррель. Пусть будет 5 с большим запасом. Это значит что в условиях полного затоваривания нефтью хранилищ залива, при дефиците танкеров производителям будет теоретически выгодно продавать нефть в порту отгрузки по любой цене > 5 долларов за баррель. Иными словами при цене на нефть 110, танкер, который продолжит плавать через Ормузский пролив при эффективном рынке в теории сможет заработать 100 долларов с каждого перевезенного барреля.