Когда-то
Мне остро не хватало двух вещей: научных источников и вдумчивого фидбэка от старших. Теории, методологии, примеров чужого анализа у меня, можно сказать, не было — несколько предисловий и послесловий (ксерокопии!), хрестоматия Пуришева с сагами и героическими эпосами (одолжена у учителя), да еще комментарии в переводе Каменкович и Каррика (одолжены у друга семьи). Ни совета спросить, ни погуглить, ни в библиотеке взять (в школьной и районной ничего релевантного не было, в областную пускали только со взрослыми и в читальный зал).
Не имея выхода вширь, я осталась один на один с текстами. Прочитала ВК и Беовульфа, выделила основные мотивы, сгруппировала цитаты, проанализировала, насколько хватило разумения. Бледно-желтенькие липкие бумажки были моим главным аналитическим инструментом.
Прошло какое-то время, я училась на первом или втором курсе филфака, по зарубежке добрались до средневековой литературы, героические саги, все дела. И вот доктор фил. наук читает лекцию про эпосы — и я понимаю, что я все эти черты уже знаю, я их нашла сама.
Это было странное и удивительное чувство: слушать лекцию о том, в чем уже разобрался сам (в том время как содержание остальных лекции, вообще всех, было чем-то совершенно новым). Отчасти это было неприятно: оказалось, что мой анализ ничего нового и оригинального в мир не принес, я могла прочитать все то же в любом вузовском учебнике по зарубежной литературе. Я жалела, что никто вовремя мне об этом не сказал.
Думая сейчас о той давней истории, мне горько, что вместо того, чтобы исследовать что-то новое, я перепроверила выводы, с которыми, в общем-то, никто и не спорил. Но и приятно, что интуитивно, на ощупь я нашла кусочек знания, который оказался верным (и верифицируемым), хоть и тривиальным.