Блокировка Telegram — это не просто обрубание сервиса, это удар по бизнесу, культуре и социальным связям

За 12+ лет существования Telegram стал для русскоязычного пространства больше, чем мессенджером. Вчера Telegram был окончательно заблокирован. Я подозреваю, что где-то он до сих пор работает без VPN, но решение принято.

Telegram блокируют второй раз. Я прекрасно помню день блокировки в 2018 году: Телега продолжала работать, а проблемы скорее возникали у других сервисов. Государство действовало как слон в посудной лавке. За 7+ лет механизм блокировок стал изощрённее: после блокировки Telegram не работает даже под некоторыми VPN-сервисами. Это неизбежно приведёт к падению аудитории, как это было с Instagram четыре года назад.

Это блокировка не просто мессенджера, а сервиса, который для многих людей, по сути, и есть интернет:

0. Telegram — это часть экономики России. Тут даже можно не считать авторов каналов. Множество компаний используют его как главный интерфейс взаимодействия с пользователями через ботов и Mini Apps. Сообщества и монетизация под ними были бы невозможны без Telegram.

Ещё это одна из главных площадок для маркетинга в России, а их и так немного осталось. Ну и не стоит забывать, что Telegram — это рабочий мессенджер для бесчисленного количества компаний, от самых малых до гигантов. Telegram встроился в экономические процессы, это важная инфраструктура для экономики.

Bot API в Telegram, которое они релизнули аж в 2015 году, до сих пор толком не скопирован аналогами в таком же объёме. Когда мы говорим «бот», не нужно даже добавлять «в Telegram», потому что где ещё?

Блокировка — удар по экономике, которая и так не в лучшей форме.

1. Telegram-каналы — это социальный феномен. У этого несколько причин.

Во-первых, Telegram — самое быстрое медиа. По любому событию здесь можно получить не только быструю аналитику, причём с разных сторон, но и сверху тебе ещё насыпят разных мнений и мемов.

Во-вторых, отсутствие ебучей системы рекомендаций. Как читатель ты читаешь только то, что тебе интересно, а с другой стороны, автор может постить ссылки, переливать на другие площадки и всё то, что нельзя позволить себе в других соцсетях из-за рекомендательных алгоритмов.

В-третьих, разнообразие. В 2026 году канал есть у всех: от политиков до твоих друзей. От каналов-миллиоников до 10 подписчиков. VK’шный Max до сих пор не открыл возможности зарегистрировать свой публичный канал. И не откроет, потому что большое количество каналов невозможно контролировать.

В-четвёртых, телеграм-каналы — это чуть ли не последнее текстоцентричное медиа с длиной сообщения более 280 символов. Текст задавлен видео-контентом. Второго такого места, где текст не только прочитают, но и поделятся им, увы, нет.

2. Блокируют Telegram за общественно-политический сегмент. В топ-20 самых больших Телеграм-каналов в этом сегменте находятся, в основном, провластные. То есть, как площадка для дискуссии, Telegram выигран государством, но даже в этом сегменте, зачистить поляну невозможно. Логика такая: всё, что невозможно контролировать на 100%, лучше запретить. Даже неконтролиуемая поддержка власти — это плохо, своё непроплаченное мнение — любое — надо держать при себе.

3. Не было случая, когда Telegram сливал данные пользователей. Все утечки переписок были либо по неосторожности пользователя, либо из-за взлома девайсов. Можно по-разному относиться к Павлу Дурову, но данные он пока что не сливал.

В этом свете странным образом в список запрещённых приложений не попал российский форк от разработчиков VK — “Telega”. И я бы не рекомендовал ставить это приложение или его аналоги к себе.

4. Что ждёт Телеграм? Уход в андеграунд, где он уже, кстати, был в середине десятых годов. Телеграмом тогда пользовались гики. Это же будет и сейчас, возможно в меньшем масштабе, но увы.