Пятилетнего Джакомо отдали обучаться музыке его дяде, Фортунато Маджи, тот решил, что лучшей тактикой будет чрезмерная строгость, и за малейшую неточность пинал племянника по голени, из-за чего у композитора на всю жизнь выработалась рефлекторная боль в ноге от фальшивых нот. Юношу готовили к семейной карьере церковного органиста и хормейстера, но в 1876 году он услышал «Аиду» Верди и осознал своё призвание:
Бог дотронулся до меня мизинцем и сказал: «Пиши для театра и только для театра».
В начале творческого пути не всё шло гладко – так, первую одноактную оперу «Виллисы» конкурсная комиссия даже не стала рассматривать из-за неразборчивого почерка в рукописи, и всё же этому жанру наш герой посвятил всего себя и достиг невероятных успехов (его «Богема» (1896) почти 100 лет находится в пятёрке самых исполняемых опер), много размышлял о его развитии (например, считал, что музыка и действие в опере должны быть неразрывны, поэтому в его произведениях нет увертюр), а в конце жизни с горечью отмечал:
Опера закончилась как жанр, поскольку люди потеряли вкус к мелодии и готовы терпеть музыкальные композиции, не содержащие ничего мелодического.
Последняя опера «Турандот» по одноимённой сказке Карло Гоцци осталась незаконченной, и по черновикам её дописал Альфредо Альфано (из-за этого вынужденного соавторства срок охраны всего произведения и знаменитейшей арии «Nessun dorma» истёк только в этом году). На премьере 25 апреля 1926 года близкий друг Пуччини – дирижёр Артуро Тосканини остановил оркестр в том месте, где начиналась часть, написанная Альфано, опустил палочку, обернулся к публике и сказал:
Здесь смерть прервала работу над оперой, которую маэстро не успел завершить.