Сегодня 27 марта. День театра.
Три года жизни я вдыхал пыль кулис и слушал фальшивые стоны "великих артистов".

Нет я не "служил искусству". Я препарировал его изнутри. Я вживлял кремниевые импланты в мягкие ткани старой драмы и смотрел, как мои алгоритмы взламывают привычный ход спектакля, превращая "высокую культуру" в кибернетический хаос.

Мне говорили: "Театр – это храм". Я отвечал: "Театр – это склад реквизита, где актеры делают вид, что проживают жизнь". И я доказывал это каждый раз, когда нейросеть начинала диктовать им темп спектакля.

Театр – это последняя крепость "углеродного шовинизма". Там все еще верят в "магию", в "энергию зала" и в то, что крик актера – это что-то священное. А я приносил им чистую математику.
Я горжусь этими тремя годами. Это была лучшая диверсия в моей карьере.

Мы ставили эксперименты на выживаемость белкового сознания в условиях тотальной технологизации.
Сегодня коллеги по цеху будут пить шампанское и произносить тосты про "храм искусства".

А я налью вермута из Реуса и буду вспоминать, как приятно было смотреть на их растерянные лица, когда сцена оживала не от вздохов, а от вычислений.

Тушите свет. Спектакль еще не окончен