Вечера у священной криницы

я увидел небо мечты о море
оно ржавеет
брошенным в поле мазом
закатное солнце цвета плодово-ягодного чарнила привет берегам серого шифера и мученически распятому на гидранте пакету евроопт в зарослях грядок жуки красивые как полосатые матрасы
вышки кресты вы уткнулись в торфяник как кладбище пятилеток тысячилетнего сталина советского брачного союза вдвшников самоваров


баба Ядвига последняя шептуха вымирающей деревни
крестится на светодиодный билборд у трассы М-1
пиксельный аист рекламы беллакт принят за святого духа
она взмолилась на трасянке
Пускай свяцицца имя Тваё
Пускай прыдёць царства Тваё
Бог начинается когда солнце садится за продуктовый
Бог начался у созвездия деда Талаша
опускается на влажные травы плачет впадает в криницу обмелевшую священную
h2o с примесью тяжелых металлов и генофонда постколониального синдрома
Бог сказал
ja ŭ zvonie miednych manetaŭ
я сказал что совершенно не понимаю по белорусски