Разница между рынком и бюрократией
В коммерческой фирме на рынке, желания и цели менеджеров связаны с целями владельцев по получению прибыли. Как говорит Мизес, менеджер филиала должен убедиться, что его филиал вносит вклад в прибыль фирмы. Но, лишенные регламента прибылей и убытков, желания и цели менеджеров, ограниченные только предписаниями и бюджетом центрального законодательного органа или планового совета, обязательно берут верх. И эта цель, направляемая только неопределенной рубрикой «общественный интерес», сводится к увеличению дохода и престижа менеджера.
В бюрократии, связанной правилами, этот доход и статус неизбежно зависят от того, сколько суббюрократов подчиняются этому менеджеру. Следовательно, каждое агентство и департамент правительства ведут ожесточенные войны за сферы влияния, каждое пытается добавить к своим функциям и количеству своих сотрудников, а также отобрать функции у других агентств. Таким образом, в то время как естественная тенденция фирм и учреждений на свободном рынке состоит в том, чтобы быть максимально эффективными в обслуживании потребностей потребителей, естественная тенденция правительственной бюрократии состоит в том, чтобы расти, расти и расти за счет ограбленных и невежественных налогоплательщиков.
Если лозунг рыночной экономики — прибыль, то лозунг бюрократии — рост.
Как достичь этих соответствующих целей?
Способ получения прибыли в рыночной экономике — победить конкурентов в динамичном, постоянно меняющемся процессе удовлетворения потребительских запросов наилучшим возможным способом: создать супермаркет самообслуживания вместо старого продуктового магазина (даже сетевого магазина) или создать процесс Polaroid или Xerox. Другими словами, производить конкретные товары или услуги, за которые потребители будут готовы платить.
Но чтобы добиться роста, бюрократический менеджер должен убедить законодательный орган или плановый совет, что его услуги каким-то неопределенным образом помогут «общественным интересам» или «общему благосостоянию». Поскольку налогоплательщик вынужден платить, у бюрократа не только нет стимула или причины быть эффективным; нет способа, которым бюрократ, даже с самым рьяным желанием в мире, может узнать, чего хотят потребители и как удовлетворить их требования. Пользователи платят мало или вообще ничего за услугу, и даже если они это делают, инвесторам не разрешается получать прибыль или убытки от инвестиций в производство этой услуги. Поэтому потребителям просто придется позволить бюрократам оказывать им свои услуги, нравится это потребителям или нет.
Например, при строительстве и эксплуатации плотины правительство неизбежно будет неэффективным, субсидирующим одних граждан за счет других, нерационально распределяющим ресурсы и, как правило, находящимся в море без руля в предоставлении услуги. Более того, для некоторых граждан плотина может вообще не быть услугой; на жаргоне экономистов, для некоторых людей плотина может быть «плохой», а не «хорошей». Таким образом, для экологов, которые философски настроены против плотин, или для фермеров и домовладельцев, чье имущество может быть конфисковано и затоплено Управлением плотин, эта «услуга» явно негативна. Что произойдет с их правами и имуществом? Таким образом, действия правительства не только неизбежно будут неэффективными и принудительными по отношению к налогоплательщикам; оно также неизбежно будет перераспределительным для некоторых групп за счет других.
Основная группа, которой выгодны бюрократы, это, конечно, они сами. Весь их доход извлекается за счет налогоплательщиков. Как отметил Джон К. Кэлхун в своем блестящем «Рассуждении о правительстве», бюрократы не платят налогов; их предполагаемые налоговые платежи — это просто бухгалтерская фикция.
Post #7090
467
- 🔥 3