В свое время министр финансов СССР Валентин Павлов, в двух абзацах объяснил суть советской ценовой политики
«…с 1931 (!) года весь ценовой механизм в стране строился по принципу перераспределения национального дохода от производителя к потребителю, а точнее сказать, к посреднику, в роли которого выступало государство.
Тяжелая и оборонная промышленности были убыточными, дотационными, и чтобы изыскать средства для индустриализации, установили очень высокие ставки налога с оборота на продукты питания и ширпотреб» (Павлов В. «Упущен ли шанс? Финансовый ключ к рынку». М. ТЕРРА, 1995)
Через 90 лет, по большому счету, ничего не изменилось, только в качестве механизма «перераспределения национального дохода от производителя к потребителю, а точнее сказать, к посреднику, в роли которого выступало государство» выступает валютный курс, отношение рубля к доллару. Люди – это ведь в первую очередь тоже производители, а потом уже потребители, снижение курса заставляет их «платить больше» (т.е. тратить больше трудового ресурса) за один и тот же объем импорта, ограничивая потребление и снижая спрос на валютную выручку, которую приобретает «обрабатывающая промышленность» финансируемая правительствоом.
Уязвимым местом советского ценового механизма была его негибкость – правительство, бравшее на себя обязанность устанавливать все цены в стране, постоянно промахивалось с определением оптимальных цен на товары, что постоянно оборачивалось то дефицитом, то затовариванием. Сейчас правительство гораздо лучше разбирается в макроэкономике, и делает хитрее – оно не берет на себя ответственность за розничные цены, а «смотрит» только за курсом – на макроуровне девальвация работает точно так же, как если бы правительство принудительно установило низкие цены на труд и высокие – на продукцию промышленности и ширпотреб.
Разумеется, правительство НЕ устанавливает курс рубля (этого, кстати, не делает и финансовый регулятор). Но правительство принимает такие решения, в результате которых курс рубля устойчиво снижается, помогая в краткосрочном периоде балансировать доходы и расходы бюджета.
Правда, повышение доходов за счет девальвации – так себе стратегия, потому что это лекарство может быть хуже болезни – оно провоцирует инфляцию и накопление межотраслевых дисбалансов, поскольку владельцы сбережений теряют интерес к инвестициям во все, что не финансируется правительством напрямую. Но правительство, в общем, и не скрывает своих планов – за счет перераспределения национального дохода оно рассчитывает сформировать отраслевой суперкластер, работники которого станут источниками спроса для всех остальных. Такой механизм в итоге «сломался» в СССР, потому что он требует постоянного притока дешевой рабочей силы, и как только «трудовой ресурс деревни» оказался исчерпан - так советская экономика СССР в начале 1970х начала тормозить.
_____________________________
Но сегодняшнее правительство считает что такой ресурс рабочей силы у него есть – правильно, это конечно же трудовые мигранты, причем не только из среднеазиатских республик, но и сами граждане РФ, только проживающие и работающие вне «привилегированного кластера». В «советское время» люди стремились из «деревни» в город «вообще», сейчас в роли «Города» выступает собственно столица, и агломерация, формирующаяся на Юге, с «фактической столицей» в Сочи – по отношению к этим «центрам притяжения» большинство городов выступает в роли «Деревни»…