Перечень стратегий представителей интеллигенции, которые, с одной стороны, считали важным на ценностном уровне осудить СВО, с другой — по разным причинам не хотели переходить в оппозицию, то есть рисковать своим статусом, карьерой, материальным положением. На уровне гипотезы можно предположить, что среди условной интеллигенции таких если не большинство, то по количеству душ сопоставимо с двумя полярными группами (однозначно поддерживающими СВО и однозначно осуждающими СВО).
Первая стратегия: размежевание. «Это не моя война, не я ее придумал, поэтому не надо нагружать меня моральными обязательствами». Носители этого аргумента настаивают, что они не могут нести ответственность за действия, которые совершались без их воли.
Вторая стратегия: фатализм. «Война была неизбежна, к ней вела цепочка событий. Когда была пройдена точка невозврата, конфликт стал делом времени». Часто представители этой позиции говорят, что «у России не было выхода, кроме как начать спецоперацию». Таким образом, внутри группы формируется тезис: «Да, если говорить абстрактно, то война — зло, но бывают ситуации, когда не остается выбора».
Третья стратегия: интеллектуальный стоицизм. Он тоже сводится к отрицанию СВО на ценностном уровне, однако находит выход в позиции, которую мог проповедовать Сенека перед лицом Нерона: «Если изменить реальность невозможно, остается оградить пространство, на котором мы можем сделать что-то важное: улучшить мир в границах своего опыта. Скажем, я хороший математик. И мое дело — максимально качественно преподавать математику. Мне не дано остановить эту мировую драму, но я хоть что-то изменю к лучшему на отрезке математического знания. А если я все брошу, кому от этого станет лучше?». От первой стратегии эта заявка отличается качеством позы, которой придается трагический оттенок.
Четвертая стратегия: логика больших смыслов. «Мы находимся внутри грандиозного цивилизационного перехода, испытываем „фазовый кризис“. Так что вы хотите? Чтобы он прошел безболезненно, бескровно? Но так не бывает. Посмотрите, как это было раньше, скажем, в момент крушения Римской империи. Мы просто оказались под катком истории».
Все эти линии редко существуют раздельно — чаще выстраивают композиции, дополняя друг друга.
Можно констатировать, что российская интеллигенция с честью адаптировалась к новой реальности, не первый раз в своей истории проявляя мастерство фундированного компромисса. Такую позицию можно было бы назвать нейтралитетом. Но финальный выбор будет определен тем, кто станет победителем.
_____________________________
Полностью здесь