==
Сценарий писался в каком-то смысле как матрешка, но только наоборот. Сперва описывались эпизоды серии, очень грубо – только то, что там будет происходить, заголовком.
Затем текст расширялся – добавлялось действие и реплики. Серия расширялась до примерно 10 страниц.
Затем действие разыгрывалось и расширялось еще больше, добавлялись гэги. А потом еще больше добавлялось действие и гэги. В итоге сценарий серии расширялся до 30 страниц.
Затем сценарий уходил аниматорам, художникам. Там работа над сюжетом не завершалась. Татарский и все пилотовцы каждую сцену донаращивали, добавляли забавные детали. Ежесекундно в кадре должно было что-то происходить. Ни одной пустой панорамы, прохода, диалога не было.
Буффонада, клоунада сопровождали каждую минуту действия.
И при этом все же были моменты, когда мы могли погрустить с каким-то персонажем, если он попадал в переделку. Если сцена страшна – мог прозвучать гром. Если сцена грустная – мог полить дождь. Все эмоции усиливались и отыгрывались.
Сама работа над сценарием напоминала штурм. Мы сидели в комнате втроем (разумеется, присоединялись и режиссеры будущих эпизодов и кто угодно) и накидывали идеи по эпизоду, разыгрывали реплики. Затем Валерий Качаев заносил все в текст, потом опять зачитывал и опять что-то донакидывали и добавляли. Периодически к штурмам подключался Анатолий Прохоров.
Еще раз повторюсь, никаких арок, драматургических схем не обсуждалось. По крайней мере на этом сериале. Это был такой сценарный джаз, когда история вела нас. Нам нравилось, нам было смешно, нас это трогало – значит шло в работу.

С сегодняшнего дня я понимаю, что такой подход конечно тяжел для производства. И возможно поэтому сериал и не был завершен. Но и до сих пор я считаю очень полезными вот какие особенности метода Татарского в работе над сценарием.
- внимание к деталям, требование ежеминутного зрелища
- работа над сценарием похожа на джаз, где присутствует постоянная импровизация в рамках заданной темы и характеров персонажей
- радость и творческий подъем в процессе работы
- отсутствие иерархии на мозговых штурмах, в работу шло то, что нравилось всем больше всего, вне зависимости от того, кто делал предложение
- продолжение работы над добавлением или действия или деталей или шуток и после написания сценария (он буквально мог взят меня и пойти к художнику фонов или к художнику, работавшему над персонажем, поштурмовать, чтобы туда еще добавить)
- в творчестве не было ограничений ни возрастных, ни производственных (панорама или проезд или погоня или толпа персонажей в покадровой анимации - легко, если необходимо)
- ну и конечно немаловажно, что Татарский мог взять любого творца буквально с улицы, без малейшего вопроса об образовании, портфолио, главное – что человек умел и что хотел делать сейчас

Я думаю, такой подход – идеален для начинающего сценариста, каким я тогда был. Хуже некуда, если сценарист начинает свой путь в клетке ограничений. Выйдя из клетки есть риск так и не научиться летать.
И давайте вспомним, о чем был сериал на какой-то своей ни разу не сказанной в сериале глубине. О тех, кто преодолевал границы и летал в… 1950 году.