Новый формат мирного процесса в Мали: что это значит?

Ассими Гойта, президент переходного правительства Мали, объявил в новогоднем обращении к народу о создании нового формата мирного процесса. Видеозапись обращения здесь, текст можно прочитать здесь.

Ключевым пунктами можно выделить следующие:

• отныне диалог между малийцами — это дело исключительно малийцев, внешние партнеры не будут принимать в этом участие:
”я выбрал вариант отдать предпочтение национальной ответственности за мирный процесс, предоставив все возможности для прямого межмалийского диалога для мира и примирения, чтобы устранить корни общинных и межобщинных конфликтов”;
• “единство, светскость и целостность территории” являются тремя принципами государства Мали, не подлежащими торгу и обсуждению;
• “борьба с вооруженными террористическими группировками будет продолжаться до полного умиротворения страны".

Первый пункт был однозначно интерпретирован азавадской стороной как официальный отказ правительства Мали от Алжирского мирного договора 2015 г.:
”Для нас это синоним отказа от [мирного соглашения 2015 года, прим. ред.], это способ заявить о его устаревании,” — заявил RFi Мохамед Эльмаулюд Рамадан, один из спикеров CSP.

(см. также твит одного из представителей CSP Аттайе Аг Мохамеда с тем же посылом).

С кем реально возможен “внутри-малийский” диалог, объявленный властями?
Джихадистская группировка JNIM незадолго до этого высказалась в видеообращении своего лидера Ияда Аг Гали, что диалог с правительством возможен только при условии введения шариата на всей территории Мали; Ассими Гойта заявил, что “светскость” государства не является предметом торга. Похоже, стороны официально подтверждают, что разговаривать им друг с другом не о чем.
CSP, в свою очередь, высказывается достаточно негативно о новой инициативе, обвиняя Бамако в неспособности выполнять прежние договоренности. Давая комментарий RFi, Мохамед Эльмаулюд Рамадан назвал предложенный правительством мирный процесс “кинотеатром” и выразил позицию азавадских движений по этому поводу:
”В настоящее время мы находимся в состоянии войны с этими переходными властями. Мы никогда не будем участвовать в этом диалоге.”

Таким образом, в этом мирном процессе не будут участвовать две главные из противоборствующих сторон малийского конфликта.
Остается вести диалог с уже лояльными Бамако силами. Теоретически, и такой процесс может быть не бессмысленным, т. к. в Мали сейчас действует большое количество негосударственных, но формально лояльных Бамако вооруженных формирований, которые, с одной стороны, помогают правительство Мали сдерживать распространение джихадистов, с другой — вносят свой весомый вклад в беспорядок и небезопасность для гражданского населения. С точки зрения усиления государства их стоило бы разоружить, возможно, с интеграцией в государственные структуры. Именно этим можно заняться в рамках “внутри-малийского диалога”, исключающего главных акторов конфликта. Но вопрос, будет ли сделано даже это, либо у правительства не будет ресурсов грамотно организовать процесс.

Малийское правительство, очевидно, надеется, что решить проблему с джихадистами и азавадскими движениями сможет силовыми методами, на что указывают слова Ассими Гойты о продолжении борьбы с “террористическими группировками”. Свой скепсис по поводу успеха этого плана я уже выражала неоднократно, не буду повторяться.