Давно не писал ничего в рубрику #ДорогойДневник, поэтому решил рассказать, чем занимался в первые недели унылого октября.

Читал «Дневники» Александра Блока, в очередной раз удивляясь тому, насколько он всё-таки рефлексирующий человек, внимательно прислушивающийся к собственным состояниям и постоянно пытающийся осмыслить происходящее вокруг себя(«Все будет хорошо, Россия будет великой. Но как долго ждать и как трудно дождаться»). Ещё почитал некоторые работы Андрея Белого, например, его рассуждения о культуре, символизме и литературе начала прошлого века. Я уже его читал не раз, но обнаружил на Яндекс Книгах случайно сборник и меня почему-то к нему потянуло. Было интересно погрузиться в литературный процесс начала века.

Немного почитал и Гаспарова. Поймал себя на мысле, что его статьи по стиховедению вряд ли вызовут большой интерес у человека, не занимающегося стихами и не испытывающего особой любви к поэзии. Меня восхищает скрупулёзность, с которой он находит, разбирает, подсчитывает метрические и ритмические закономерности, сопоставляет числовые данные.

Почитал исследование С. Е. Ляпина «„Сегментный“ дольник: к описанию метрических новаций Иосифа Бродского» (пдф в комментах). Автор предлагает выделить в поэзии Бродского особый метрический тип, построенный из двух сегментов, каждый из которых соответствует трёхиктному дольнику, причём расстояние между ними может варьироваться, из чего выводится формула Дк3 + Дк3 . Ляпин находит тут вполне определённый принцип организации стихотворной строки и называет его новым стихотворным размером (интересно, что об этом думает Плунгян). Получается, что перед нами не просто очередная разновидность шестииктного дольника, а конструкция, которую исследователь рассматривает как самостоятельное метрическое нововведение поэта. Интересная теория, но проверять мы это не будем (если кто-то помнит еще этот мем).

Хотя я продолжил читать Ляпина (в этот раз в соавторстве с Левашовым) о шестииктном дольнике Бродского (пдф в комментах), его метрической модели и связи с античным гекзаметром. Исследователи рассматривают шестииктный стих через концепцию деривации от гекзаметра, позволяющую увидеть за необычной ритмической организацией не только формальный эксперимент, но и отсылку к более древней стиховой традиции. В результате Бродский предстаёт одновременно новатором, создающим собственную метрическую конструкцию, и наследником архаического стихового опыта. Такой вот «архаист-новатор».

Ещё прочитал статью Антона Азаренкова «Фоника „верлибров“ Бродского», которую тоже рекомендую. Исследователь рассматривает звуковую организацию верлибров Бродского, фактическую встречаемость фонем в них, прослеживая тем самым закономерности, которые не всегда улавливаются при обычном чтении. Это позволяет исследовать еще одну возможную звуковую связность верлибра даже там, где отсутствуют привычные опоры типа рифмы и метра.

Параллельно закончил поэтический цикл «Prodigy» (хотя это не точно), и написал черновик рифмованного стихотворения, что в последнее время случается не так часто, поскольку в последние месяцы совершенно не тянет писать силлабо-тоникой, и в рифму. Впрочем, такое бывает. В общем, первые недели октября прошли в компании русских символистов, стиховедов, фонем и собственных стихотворений. Не все перечислил, пост и так большой, не буду вас грузить. Гулять я тоже ходил, не переживайте. Смотрел фильмы, сериалы и ютуб (например, переслушал лекцию Аствацатурова про Хемингуэя и Апдайка, не знаю зачем) Всем хорошей рабочей недели)