Буквально на днях мне предложили коллаборацию с очень известным человеком из российского маркетинга.
Я согласился на созвон с одним простым условием: на встрече должен быть он сам.
В назначенное время подключается его партнёр и почти сразу сообщает, что главный герой вообще-то улетел в другой город, и нас забыли предупредить.
Ладно. Всякое бывает.
Дальше становится куда интереснее.
Я спрашиваю, что конкретно они хотят поделать вместе.
В ответ примерно: эфир, выступление, какой-нибудь совместный проект — надо подумать.
Главное, чтобы в итоге получилось продать их продукт.
И вот тут я поймал себя на мысли, что наблюдаю не просто плохой питч.
Я наблюдаю столкновение двух версий рынка.
В старой версии огромный символический капитал сам по себе был крепким оффером.
Известная фамилия.
Доступ к аудитории.
Статус.
Фраза «давайте что-нибудь вместе сделаем» раньше уже считалась сильным началом переговоров.
Только в новом мире этого недостаточно.
Партнёр довольно быстро спросит:
Что именно? Для кого? Зачем моей аудитории это нужно? Почему это должны делать мы? Что получает каждая сторона?
В какой-то момент разговора меня спросили, сколько у меня подписчиков в экстремистской соцсети Цукерберга.
Я ответил, что около семи тысяч.
Реакция была прекрасной:
«Ну, это ерунда, конечно».
Ни слова о составе аудитории, одном из крупнейших авторских тг-каналов в стране, охватах, доверии, корпоративных клиентах или влиянии.
Просто семь тысяч меньше другой цифры в сотни тысяч.
Это хирургически точный слепок олдскульного маркетинга, где ценность дистрибуции измерялась исключительно диаметром трубы.
Я верю, что сегодня куда важнее, кто находится на другом её конце и почему вообще эти люди вам доверяют.
Была и ещё одна прекрасная мысль: сейчас хорошо работает «честный маркетинг» — просто сказать людям, что их никто не будет прогревать, и сразу предложить купить продукт.
Получается почти идеальная рекурсия.
Рынок настолько устал от маркетинговых трюков, что отсутствие маркетингового трюка теперь тоже продают как маркетинговый трюк.
Но больше всего мне запомнилось другое.
В конце собеседник несколько раз подчеркнул, что любит работать быстро.
При этом за десять минут разговора так и не появилось ни внятного предложения, ни механики, ни понимания наших площадок, ни ответа на вопрос, зачем вообще эта коллаборация нужна нам.
И вот здесь, кажется, проходит важный водораздел.
Скорость — это не быстро назначить встречу в зуме.
Скорость — это смочь прийти на неё подготовленным.
Да, прошлый успех действительно обладает огромной силой.
Он может разблокировать почти любую дверь.
Только вот солидные регалии не освобождают вас от необходимости каждый раз без потери энтузиазма объяснять, почему людям стоит работать с вами.
Именно поэтому «герой старого времени» — это вообще не про возраст.
Это человек, который продолжает работать по правилам рынка, которого уже давно нет.
Рынок не обнуляет ваш прошлый опыт и заслуги.
Он просто в какой-то момент перестаёт платить по нему проценты.