У каждого поколения есть уверенность, что оно застало последнюю нормальную жизнь. После него испортились дети, экология имашины. Особенно дети.

Бумеры смотрят на молодых - ничего не умеют, всего боятся. Молодые на бумеров - всю жизнь терпели и нам предлагают. Между ними стоят люди, которые помнят доллар по шесть и называют выгорание "что-то я за*бался в край".

Бумеры, условно 1946–1964, подтверждали взрослость профессией, зарплатой, домом, семьёй и трудовой книжкой. Увольнение из-за токсичного коллектива или босса вызывает вопрос: "А что, так можно было?"
Их любовь требует перевода. "Ты поел?" означает "интересуюсь, потому что ты мне дорог", банка варенья - "я подумал о тебе летом". Нежность подразумевалась, а шапку требовалось надеть вслух. Запасы белья, деталей и пакетов смешны, пока дефицит знаком по подкасту.

Младшие бумеры, примерно 1954–1965, готовились жить, а правила сменились. Инженер получил образование, поработал на сверхдержаву, потом торговал. Учёный возил куртки. Образованные учились договариваться с очень плохо образованными. Курсов адаптивности ещё не было. Не вписался - мог не выжить.

Иксы, 1965–1980, - дети с ключом на шее или под ковриком. Самостоятельность воспитывали отсутствием свободного взрослого. Икс молча тянет, поэтому на него удобно положить ещё. Сверху стареющие родители, снизу дети - которым дорого жить отдельно. Это "поколение сэндвича". Ипотека посередине, вместо сыра.

Ксениалы, примерно 1977–1983, застали аналоговое детство и освоили цифровую взрослость. Договорился у метро в семь - приходишь. Телефона для "опоздаю" нет. Интернет включали ненадолго, потому что дорого.

Миллениалам, 1981–1996, обещали: учись, работай, старайся - всё будет. Они поверили. Выдачу нормальной жизни перенесли. Кризисы, ипотека, ноутбук в отпуске. Работодатель назвал это вовлечённостью, психолог - поводом встретиться ещё раз.
Они пишут безупречные посты "да почему же люди не видят границ?" после ответа на звонок шефа в два ночи. Отдых тоже требует отчёта -не просто поплавал и повалялся, а закат, три экскурсии, тарзанка. Всё на фото. Жизнь остаётся черновиком - сначала заработаю, проработаю себя, потом начну. Внутренний отличник требует стараться, хотя экзамен отменили.

Зиллениалы - стык поколений, середина 1990-х - начало 2000-х. Иронический ярлык - "милузеры": культ успеха уже усвоили, тревожность тоже, но опоздали на биткоин, дешёвый доллар, доступное жильё. Пришли на вечеринку, где всё выпили другие, а мыть посуду оставили им. Хотя в год выгодной покупки битка им покупали сменку.

Зумеры, примерно 1997–2012, взрослели публично. Раньше школьный позор помнил класс, теперь у него есть ссылка. Лента сравнивает круглосуточно, человек защищается границами. Иногда за "нет ресурса" истощение, иногда - "неохота".
Резюме пишет ИИ, отбирает тоже ИИ. Боты познакомились, людей не пригласили. В отношениях статус "мы пара" откладывают: он обязывает, а это страшно. Привязанность, правда, разрешения не спрашивает. Чужие девяностые любят по сериалам: музыка и свобода нравятся, разбитая губа, злая улица и пустой холодильник в комплект не входят.

Залфа - пограничные дети конца нулевых и начала десятых. Школа была обычной, потом переехала в экран. Альфа, примерно 2010–2024, растут внутри сервисов. Про них говорят: "Умеют в любые приложения, но не думать". Только планшет трёхлетнему выдал взрослый. Бета, с 2025-го, пока полная неизвестность. Их отношение к миру выражается плачем в момент одевания.

Старшие ругают молодых за мир, который им устроили. Молодые судят старших так, будто те выбирали, как жить, из сегодняшних вариантов.

Когда речь зайдёт о поколениях, попробуйте вместо "мы в ваши годы" спросить "А у вас как устроено?" А потом выслушать без перебиваний и "херня, неправильно!".
Особенно если отвечают час.

Видео: Культовый диалог о бумерах и зумераз из "Дино" (2024)