Оптимизация социальных пособий предполагала вроде бы серьезный разговор и некие кардинальные выводы. Однако чиновничество попряталось по углам и аргументировать принятые решения явно не рвется.

Единственное, что можно зафиксировать в информационном пространстве - это мнение о том, что у нас слишком хороший социальный пакет по сравнению с соседями. Аргумент, скажем так, весьма сомнительный: вы, мол, слишком хорошо живете и пора прикрыть эту лавочку.

Второй тезис о том, что социальная помощь должна быть направлена не всем подряд, а только нуждающимся, в идеале предполагал хотя бы пару конференций, круглых столов и парламентские слушания. Но - увы.

Третий тезис о том, что социальная часть бюджета чрезмерна и у стране не хватает денег на бюджеты развития, озвучивался неоднократно.

Бюджет Минтруда за 8 лет действительно вырос в 2,6 раза, Минздрава - в 2,5 раза, образовательных министерств - в 2 раза (кстати, он в 2022 г. он вообще вырос в 4 раза и уже успел сократиться). С другой стороны, и цены за 8 лет выросли в 2,14 раза, а в структуре расходов населения львиную долю занимает текущее потребление.

Если рассматривать причины социальных проблем, то первым делом отметим воспроизводство бедности - высокая рождаемость в трудоизбыточных регионах и этническая миграция проблемного населения.

Программы региональной политики уже в открытую ориентируют не комплексное развитие регионов, а рассматривают миграцию в мегаполисы как средство социально-экономической адаптации населения.

Ну и непрозрачность и неэффективность т.е. политики содействия занятости, на которую уходят миллиарды и которая регулярно отчитывается о сотнях тысяч созданных рабочих мест и лицах, охваченных мерами содействия занятости, которых никак не может зафиксировать статистика.

Если провести аудит социальных ведомств и их бюджетов, то, думается, можно будет обнаружить нарушения похлеще, чем в Министерстве обороны. Не зря же "Финансовый центр" и ФСМС переехали недавно в ведение Минфина.

Оптимизация социальных бюджетов, наверное, все-таки нужна, но она должна сопровождаться реформой институтов и принципов социальной политики. В сегодняшней парадигме очень вероятно, что под сокращение подпадут действительно нуждающиеся, а коррупционные, мошеннические и иждивенческие схемы вполне себе сохранятся.