Банковские переводы, сайты с замочком в адресной строке, биткоин-кошельки, защищённые мессенджеры — огромная часть интернета держится на одной технологии. Она называется ECDSA — цифровая подпись на эллиптических кривых. Именно она гарантирует, что сообщение отправили вы, а не кто-то под вашим именем.

Но у этого стандарта была странная деталь. Чтобы задать кривые, в документ вписали несколько длинных «случайных» чисел. Например, для самой ходовой кривой P-256 это строка C49D3608 86E70493… Числа предоставило АНБ. Откуда они взялись, никто так и не объяснил.

Когда спецслужба США выдаёт «просто случайные числа» для системы, которой доверяет весь мир, напрашивается вопрос: а вдруг не просто? Вдруг они подобраны так, чтобы оставить тайную лазейку? Доказательств не было, но и опровергнуть подозрение было нечем. За разгадку даже назначили награду в 36 864 доллара.

Долгое время все шли по ложному следу. Сотрудник АНБ Джерри Солинас вспоминал, что числа якобы получили из шутливой фразы вроде «Дайте Бобу и Джерри прибавку», прогнанной через хеш-функцию. Энтузиасты годами подбирали эту фразу, но безуспешно. В 2023 году Солинас умер, и казалось, что тайна ушла вместе с ним.

Недавно инженеры Anthropic ради интереса дали эту задачу своей исследовательской модели Claude. Легенду про шутливую фразу ей специально не рассказали. И нейросеть раскрыла 25-летнюю загадку меньше чем за полчаса.

Claude рассудил просто: в 90-е программисты не изобретали велосипед, а брали то, что было под рукой. Например, простенький генератор случайных чисел lrand48 из стандартной библиотеки языка C. У таких генераторов есть узнаваемый «почерк», и модель его нашла: в цифрах проявились закономерности, которых у по-настоящему случайных чисел не бывает. Дальше оставалось отмотать генератор назад, к моменту запуска. Там и нашлась отправная точка — обычное системное время компьютера.

В итоге ИИ с точностью до секунды вычислил, когда сотрудники АНБ запускали программу. Все запуски пришлись на период с мая 1997-го по апрель 1998 года. Не было никакой шутливой фразы. Были обычные часы на компьютере и старый код.

Но важнее другое. Claude, по сути, реконструировал ход мыслей инженера 1997 года: какие инструменты тот взял, где сэкономил силы. И сделал это за полчаса, после десятилетий чужих попыток.

Если языковая модель может легко восстановить среду разработки 1997 года, угадать привычки инженера и математически это доказать, значит, вся безопасность, построенная в прошлые десятилетия, теперь потенциально уязвима. А на горизонте ещё и квантовые компьютеры, которые могут сделать гонку между защитой и взломом куда жёстче.

🔒DARPA&CIA