— Да мне плевать! — крикнул Александр, резко повернув голову и оскалившись, — Я не собираюсь гнить в тюрьме! Что бы ты там не обещал, это тюрьма! — Сторкард поднял тяжелую винтовку, перекидывая её ремень через плечо, — Я лучше умру, но на свободе, и прибив предварительно пару уёбков! — убийца сделал шаг к окну, которого тотчас достиг и открыл.

— Алекс! — громко крикнул Киллиан за секунду до того, как ему в наушник заорали: "Замораживай!" — и вытянул руку вперёд, отчего Александр тут же застыл перед распахнутым окном с винтовкой в руках.

Фрайберг судорожно выдохнул:

— Прости... У меня нет другого выбора. Ты должен жить, — он замер, напряжено смотря в спину друга, который в этот миг, невидимо для всех, слабо улыбался, — Входите, — громко сказал Киллиан, убрал руки по карманам и сделал пару шагов в сторону.

Всё произошло меньше чем за минуту: грохот десятков ног, хлопок двери о стену, окружение комнаты солдатами американского спецназа, наставившими на убийцу автоматы. Всё происходило молча, без лишних слов.

Глава отряда, недоверчиво оглядывая помещение, будто чуя подвох, неторопливо подходил к Александру, вытаскивая наручники. От взгляда Фрайберга не укрылся блеск на солнце металла - это был металл-блокатор. Неужели они настолько глупы, что решили использовать наручники-блокаторы на человеке, который остановлен с помощью сверхспособности? В таком случае, Киллиану оставалось только смотреть. Так он подумал в одно мгновение, но в уже следующее сообразил, что Сторкарду будет крайне неудобно сбегать с наручниками.

Всё произошло быстро.

— Стойте, наручники! — выкрикнул Киллиан, подпрыгивая к солдату и хватая наручники. Никто и моргнуть не успел, как убийца подпрыгнул и сиганул вниз с карниза.

Беги, Алекс... Беги и не оглядывайся...

***

Со всех сторон раздались выстрелы. Очевидно, снайперы запрятались на всех ближайших домах.

Осколки разлетелись во все стороны, и Александр, поскользнувшись на них, больно упал на пол квартиры соседнего дома на одном из нижних этажей. Он тихо сматерился себе под нос, но тотчас подпрыгнул. Хозяев дома не было, поэтому Александр беспрепятственно пробежал в другую часть дома, где не было таких открытых окон, и прильнул спиной к шкафу, тяжело и громко выдыхая.

— Окружить периметр района! Рон, Питер, перехватывайте, третий этаж.

Сторкард сглотнул кровь, решившую почему-то именно сейчас вырваться на волю. Отходя от того момента, когда он раздумывал, какова будет вероятность выжить при таком прыжке, как лучше прыгнуть, от напряженного ожидания подходящего момента и самого прыжка, Александр осознавал, что его сейчас преследует, окружает, нагоняет элитный отряд спецназа, который при этом, судя по тому, что к нему отправили Киллиана, хочет взять его живым, а не просто устранить. Что же, это желание станет их гибелью.

Не тратя долгое время на раздумья о тактике, Александр сел на корточки, опуская снайперскую винтовку на пол и откручивая сошки, необходимые для того, чтобы ставить винтовку на поверхность, а затем, недолго в нерешительности разглядывая ту и оптический прицел, откидывая их под шкаф. Если он выживет, то заберёт их, а сейчас они будут ему только мешать.

Александру потребовалось несколько секунд тишины, пара движений, чтобы убрать волосы за уши, тяжелый вздох, и всё закончилось.

Настоящая битва началась с того самого момента, когда Сторкард схватил винтовку и понёсся к окну, по пути хватая большую мягкую игрушку, лежащую на кресле.

Стекло не выдержало несколько сильных ударов приклада и разлетелось, а вслед за осколками из окна вылетела игрушка, и Александр не успел моргнуть, как её расшибла пуля, вылетевшая с, как показалось Сторкарду, левого дома под таким углом, что он сразу сообразил, что снайпер на крыше.

Не тратя времени, Александр прыгнул к другому окну, выходящему на этот дом, и открыл его, сразу замечая не особо прятавшихся спецназовцев. Как то обычно бывает, то была пара - один целился, а другой высматривал округу, поэтому Сторкард был засечён в первые же секунды своего появления на другой стороны, однако снайпер не успел повернуть винтовку: ему пришлось резко отпрянуть от неё, так как его товарищ вскрикнул от прилетевшей в корпус пули.

Александр понимал, что раненый спецназ лучше мёртвого спецназа - одним выстрелом он выведет из игры и самого бойца и его ближайшего соратника, вынужденного помогать. Сторкард дёрнул рычаг перезарядки, отстранился от прицела, который непривычно для него был не оптическим, а совершенно обычным, никак не приближающим "картинку". На самом деле Александр и сам удивился, что попал, но был исключительно рад своим орлиным глазам. Теперь эта игра, изначально казавшаяся беганьем крысы по лабиринту без выхода, начинала приобретать совершенно другие краски.

***

— Джо подстрелили! Цель в той же локации, отступаем с позиции D.

— Целюсь с позиции С, этаж пятый.

— Готовлюсь выбивать дверь!

"Подстрелили..." — пронеслось в голове у полицейского, отчего он побледнел.

— Ублюдок, какого чёрта ты сделал?! — рука коренастого главы спецназа хватает за воротник рубашки стажёра, который, казалось, был в два раза меньше него.

— Я хотел предупредить, что эти наручники обнулят мою способность! — огрызнулся тот в ответ.

— И в итоге он ушёл! Я так и знал, что тебе нельзя доверять!

— Я хотел как лучше! — воскликнул Киллиан. Рация солдата вновь зашумела, поэтому он только полными злобы глазами взглянул на Фрайберга и отпустил его, отчего тот тут же судорожно втянул воздух, отходя в сторону.

Киллиан был уверен, что Александр будет убегать. Не будет сражаться в таком состоянии, сбежит прочь из этого города. Однако прошла буквально пара минут, когда один из лучших снайперов города был выведен из игры. По телу Фрайберга пробежали мурашки. Это только начало.

***

Александр осторожно выглянул из-за стены в сторону дома, который у спецназа был назван позицией С, и тут же юркнул обратно, заметив открытое окно и блеск. Очевидно, что и там был снайпер. Сторкард замер, плотнее прижимая к груди винтовку и затаивая дыхание. Стоило сделать прыжок, и он выберется невредимым, однако со стороны коридора послышались удары о дверь, и Александр прикусил язык.

Куда бы он ни пошёл, где бы ни спрятался, снайпер с соседнего здания подскажет товарищам его местонахождение. Убийца замер в нерешительности, но гром выломанной двери заставил его рвануть к окну, к тому, из которого он подстрелил солдата, и спрыгнуть вниз, а точнее говоря повиснуть на карнизе, качнуться и ударить окно носками берц.

Стекло не поддалось с первого удара, как и со второго, с третьего. Пот стекал по лицу Александра, сердце бешено билось, а подступающие шаги раздавались всё громче, когда стекло наконец дало трещину и Сторкард, сделав самый сильный толчок, на свой страх и риск отпустил карниз. К его счастью, окно разбилось, как и несколько горшков с цветами, земля из которых разлетелась по всей комнате, а ботинки подмяли растения. В другой комнате кто-то испугано воскликнул: "Господи!" — и уже через несколько секунд шокировано стоял в проходе, наблюдая за свистящим сквозь разбитое окно ветром, а Александр, задыхаясь, уже нёсся по общей лестнице наверх.

Он пробежал третий этаж, забегая на четвёртый, и услышал армейские сапоги в коридоре на третьем, приближающиеся к пожарной двери.

"Догадались, сволочи" — подумал Александр, открывая рот и хватая воздух. Бежать по лестнице с винтовкой было тяжело, и хотя у спецназа было тяжелое обмундирование, они явно были гораздо более выносливы и физически сильны.

Сторкард забежал на пятый этаж и выхватил пистолет, снимая с предохранителя и направляя вниз, однако ему не дали сделать и выстрела: пушки спецназа были наготове и уже стреляли в его сторону. Одновременно с громким эхом выстрелов, от которого звенело в ушах, раздавались призывы сдаться.