‧͙⁺˚*･༓☾ "У этой истории не будет счастливого конца" ☽༓･*˚⁺‧͙

— Джо подстрелили! Цель в той же локации, отступаем с позиции D.

— Целюсь с позиции С, этаж пятый.

— Готовлюсь выбивать дверь!

"Подстрелили..." — пронеслось в голове у полицейского, отчего он побледнел.

— Ублюдок, какого чёрта ты сделал?! — рука коренастого главы спецназа хватает за воротник рубашки стажёра, который, казалось, был в два раза меньше него.

— Я хотел предупредить, что эти наручники обнулят мою способность! — огрызнулся тот в ответ.

— И в итоге он ушёл! Я так и знал, что тебе нельзя доверять!

— Я хотел как лучше! — воскликнул Киллиан. Рация солдата вновь зашумела, поэтому он только полными злобы глазами взглянул на Фрайберга и отпустил его, отчего тот тут же судорожно втянул воздух, отходя в сторону.

Киллиан был уверен, что Александр будет убегать. Не будет сражаться в таком состоянии, сбежит прочь из этого города. Однако прошла буквально пара минут, когда один из лучших снайперов города был выведен из игры. По телу Фрайберга пробежали мурашки. Это только начало.

Несколько минут назад

Комок в горле нервно сглатывается.

— Чего застыл? — раздаётся из наушника, и палец полицейского жмёт на звонок. Жмёт второй раз, третий, пока не слышит тяжелые шаги, остановку, тихий щелчок глазка.

— Киллиан?.. — спрашивает истощённый голос.

— Я, — кивает Фрайберг.

И снова тишина. Убийца видимо обдумывает, стоит ли открыть дверь. Киллиан не торопит, хотя в наушнике и говорят не медлить, на что Фрайберг только хмурится, не желая слышать людей, которые не знают этого человека, думают, что он как все, что с ним надо будет побыстрее разобраться и что это легко. Было бы всё так на самом деле просто, его бы поймали уже давно, а не привлекали стажёра. Конечно, Киллиан сам предложил свои услуги, как его бывший друг и человек с крайне полезной способностью, но ведь они могли и отказаться, будь всё проще.

Замок скрипнул, дверь приоткрылась, Фрайберг поспешил зайти внутрь и прикрыть дверь. Хотя у него уже была возможность увидеть друга, он будто бы намеренно избегал встречи с его взглядом да и в целом хоть с чем-то, боясь, что его состояние пробьёт на лишние эмоции, сейчас совершенно ненужные.

— Как ты нашёл меня? — хрипло спросил Александр. Киллиан поднял взгляд, но убийца уже был повёрнут к нему спиной и отходил куда-то к кухне. Фрайберг заметил лишь, что его волосы сильно отросли и посерели от пыли и грязи. Он ступил за Александром, морщась от застоявшегося запаха гнили и сигарет, — Хотя я и так знаю, — сердце Киллиана кольнуло, он резко стиснул челюсти, — Извини, у меня тут негусто на еду... — детектив кухню особо не осматривал, просто быстро сделал вывод, что тут действительно ничего нет, видимо, как ему анонимно сдали пустую тесную однушку на последнем этаже старого, чуть ли не аварийного дома, так он тут ничего и не менял и не делал, но судя по мусорке, в которой помимо сигаретных бычков были упаковки лапши быстрого приготовления, он всё-таки что-то ел, — Ты меня арестуешь или сразу пристрелишь? — хмыкнул убийца, опираясь рукой о столешницу.

— Алекс, послушай... — Киллиан буквально на мгновение отвёл взгляд к окну, поспешив как можно скорее его оттуда отвести. Он знал, что на другом здании сидят снайперы, и один из прицелов направлен в это окно, а значит всё просматривается, и на его груди микрофон, значит всё слышно. Однако Фрайберг на то и подался в детективы, что человеком он был крайне сообразительным и быстро находил выходы из любых ситуаций, лишь немного продумав их заранее, — Тебе надо сдаться, — Фрайберг подошёл к другу, вставая напротив него, спиной к окну, и только сейчас взглянул в его глаза. Они казались мёртвыми, настолько истощёнными, что смотреть в них было физически больно, а морально отчаянно. Одежда Александра была грязной, местами порванной, поверх некоторых из дыр находились бинты: видимо это были раны. Сам он был худ, глаза его были красными, видимо от бессонных ночей, и под ними синели отёки, — Если ты сдашься и будешь сотрудничать со следствием, смертной казни не будет, я всё узнал.

— Я им полезен, да, да... Знаю... — лениво зевнул Александр, — А ты подумал, хочу ли я жить? — серьёзно взглянул он в глаза друга, а Киллиан снова весь сжался.

— Но тогда... Зачем всё это, если ты не хочешь? — спросил он негромко.

Александр замер, отчуждённо смотря сквозь Фрайберга, а затем пожал плечами:

— Не знаю. Я оттягиваю момент до смерти, — горько ухмыльнулся убийца, — Меньше всего я хочу умереть на казни или чём-то таком... Нет, меньше всего я как раз хочу получить тридцать пять пожизненных сроков и сидеть в тюрьме. Я хочу умереть, но... хочу оттянуть момент, понимаешь? Бегать как можно дольше, тратить силы этих ублюдков... Чтобы в один момент умереть... достойно что ли... А может я просто боюсь сам себе пулю пустить и хочу чтобы это сделал кто-то другой... Либо я... — предложения Александра путались, голос слабел, его губы дёргались, будто он вот-вот заплачет, — Я не знаю уже... Я ни черта не знаю! — выкрикнул он, подняв на Фрайберга сощурившиеся глаза, которые стали только краснее, — Убей меня просто, Киллиан! — Александр кинулся на друга, обнимая его и утыкаясь лицом в плечо, и Фрайберг тотчас обнял его в ответ. Рука медленно заходила по спине, а Киллиан смотрел в стену.

— Алекс... Надо сдаться. Тогда больше не надо будет бегать, терпеть боль, голодать... Мы со всеми выпросим тебе лучшие условия. Это лучше смерти, — Киллиан говорил то, что ему сказали говорить. Иначе он не мог. Однако сам думал иначе. Не знать ли ему, что никто не будет церемониться... Да, сейчас Александр нужен им живым, во-первых, чтобы с помощью допроса выудить у него имена заказчиков и другую полезную информацию, во-вторых, вероятно, чтобы скинуть на него народный гнев, продемонстрировать блестящую операцию американских спецслужб по поимке террориста, а также, быть может, ещё сильнее опозорить Сторкардов, с которыми у текущей администрации были разногласия и акции которых в последнее время и так стремительно летели вниз. Эта система врёт, использует, а затем избавляется от расходного материала.

Но они ни система. Они другие. Где бы они ни были сейчас, они были рождены хищниками. Этого не отнять. Поэтому Александр сейчас замолчал, затаив дыхание, пока Киллиан ногтем по его спине выводил раз за разом, чтобы он понял, два слова: "Возьми оружие", а затем похлопывал кулаком по спине. Это был их фирменный жест - доверься мне. После пары таких раз, Александр дёрнул головой, как бы показывая, что понял, и Фрайберг снова похлопал того.

— Идём со мной, — он отстранился, но положил руки на плечи Александра, — Я сделаю всё, чтобы наказание было максимально лёгким.

Александр поджал губу. С лёгким непониманием он взглянул вниз, взглядом указывая на два пистолета, висящие в кобурах, магазины и ножи, запрятанные в карманах. У него и сейчас было оружие. Однако Фрайберг покосился взглядом в другую комнату, намекая, что ему следовало взять другое оружие, которое сейчас стояло у стены.

— Чего медлите? — настороженно спросили Киллиана через наушник.

Хотя Сторкард не мог этого слышать, он тотчас хмыкнул:

— Я не знаю... — он отстранился, скидывая руки Фрайберга со своих плеч и отворачиваясь. Киллиан поджал губы, молясь, чтобы Александр понял его и доверился, — Я не хочу сдаваться. Знаю я эту ебаную систему, — фыркнул убийца, направляясь в другую комнату. Киллиан беспокойно засеменил за ним, хотя по большей части это была игра для тех, кто за ними наблюдал.

Александр тоже подыгрывал. Он понимал, что Фрайберг не мог найти его просто так, что их определённо подслушивают, что вот-вот к нему в квартиру вломится отряд полиции или военных, а намёк Киллиана только подтвердил это. И подтвердил, что он на его стороне. Приятно было ошибиться в том, что весь мир против него.

— Алекс, ты должен! — серьёзно сказал Фрайберг, хмурясь. Детектив-атеист уже готов был уверовать в Бога, лишь бы это сработало, — Тебя убьют!