Мы не знали счастья.
Мы не знали горя.
Мы смотрели в двери, из которых вниз
Уносили в белом ледяного Колю,
И торчали губы из-под чёрных риз.

Между двух берёзок Колю отпевали.
Обнимали руки,
Целовали в лоб.
Прятались морщины в белом одеяле,
И сияли зубы из-под чёрных роб.

Тихо было, в общем.
Колю хоронили.
Мы сидели возле рыжеватых дуг.
Таяли снежинки белые в могиле,
И касался днища пепел чёрных рук.

Это моя юность.
Два смертельных цвета.
Видел, как умел я.
Плакал.
И ещё…
Мой товарищ умер.
Но я помню это.
Белый, чёрный, белый…

Чёрный, белый, чёрн…