Почему умирают языки
ладно, хватит уже угорать над итало-эфиопскими отношениями, давайте лучше про франко-французские...
В книге «Из крестьян во французов» американского историка Ойгена Вебера на примере Прованса хорошо описан механизм того, как исчезли региональные языки Франции. Если кратко – когда региональный язык перестаёт быть инструментом городской культуры, прессы, школы и литературы, он обречён на вымирание.
Держите цитату:
[patios это французское обозначение для регионального языка]

"Когда после XIV-XV веков местные правящие классы перестали относиться к речи Oc как к литературному языку, когда города, потерянные для Oc, но еще не выигранные для Франции, перестали быть объединяющими центрами для сельской речи, партикуляризм взял верх.

К 1848 г. многие бывшие языки освободились от всех дисциплин, поддерживающих язык, и превратились в то, что революционеры называли жаргонами: не закрепленные письмом, игнорируемые литературой, без формальной структуры и грамматики. Именно тогда они попали в поле зрения интеллектуалов, поэтов и лингвистов, которые попытались их упорядочить и возродить. Но было уже поздно: условия работали против диалектов, так же как и официальные кампании против них могли быть успешными только при наличии соответствующих условий.

В 1854 г. группа молодых поэтов и интеллектуалов, заботящихся о сохранении речи и литературы Ока, основала организацию "Фелибридж", а в следующем году начала выпуск ежегодного альманаха "Армана про-венкау".

Для возрождения родного языка "Фелибридж" стремился к созданию литературы. Но для литературы нужна читающая публика, а ее было трудно найти. Сельские жители, научившись читать, учились читать по-французски, поэтому читать patois им было трудно, тем более что французская орфография не рассчитана на передачу звуков Oc.
Грамотные представители высших классов юга были офранцужены. Их реакция нашла отражение в словах: "Какая жалость, что этот шедевр написан на языке наших слуг!". К сожалению, слуги согласились. Богатые, знатные, интеллигенция, горожане, бизнесмены и чиновники отказывались от диалекта как от разговорного языка, а простой человек, даже не подражая им, принимал их презрительное отношение к нему. Дома он говорил на patois, но за пределами приходской среды patois был презираем и бесполезен, являясь устаревшим анахронизмом, который, возможно, хорош для интеллектуальных игр, но не нужен крестьянским детям.
Социальная функция языка заключается в том, что он позволяет членам общества понимать друг друга. Когда национальное общество стало более значимым, чем различные местные общества, национальный язык смог преодолеть своих местных конкурентов."