Куда пошла?

Сходила на "Непокой" Леонида Шмелькова. Для меня, человека, который ходит в кино примерно раз в год и смотрит дома что-то максимум пару раз в месяц, -- событие.
Мне все очень понравилось: линчевский дух (при том, что я не люблю Линча и боюсь его), тигр, множественность трактовок, очевидность трактовки, танцы, ноги, невероятная музыка Курехина, шутки про пирамидку, "как всё устроено" и лапшу. А также вид из окошка Сиреневого зала Дома кино и стекло буфета. И конечно, что можно потом долго обсуждать, читать про и хотеть пересмотреть.

Не понравилось: молочный коктейль и что мало тигра и зайцев. Может быть, мне тоже хочется, чтобы тигр был бесконечен.

*Шмелькова помню и знаю ещё по иллюстрациям к книжкам "Самоката" - дико смешной и тоже абсурдной во многом и игровой "Голландский без проблем" Мари-Од Мюрай и великолепным задачникам-активити "Ыба.Море" и "Ыба. Человек". Кто там с детьми ребусы Леонида разгадывал, тот "Непокою" не удивляется!

Оправдывая название канала отчитаюсь:

Культурная жизнь все ещё интересует меня минимально, нет на нее сил
Но на что всегда есть силы и интерес:

Концерт Лёни Фёдорова, человека, сквозь которого просто идёт музыка как поток, и который её создаёт как демиург до симфонического масштаба и гасит обратно до бряцания по стрункам, невероятный диапазон и шаманизм; пойду на “Аукцион" 17 октября, больше никакие концерты меня не интересуют, надо признать, разве что

Музыка моей мамы, самая прекрасная, самая малооценная. Мама приезжала, был концерт ее песен на стихи поэтов серебряного века на Невском, 20; я впервые в жизни его пыталась вести. Это все очень чувствительно для меня и пожалуй сложнее всех моих выступлений в жизни. Тут мама разыгрывается дома и репетирует в ротонде

Чудом пойманная экскурсия по музею ОБЭРИУ с Юрием Сапрыкиным, обожаю. Первый раз на второй выставке музея, все иначе или узнаваемо: пропало прощальное письмо Введенского, появились работы Глебовой, чуть Порет и Конашевича. Остался голос Тамары Мейер с осыпавшейся пленки, как сказал Юрий: эхо ее голоса, который как эхо голоса самого Введенского читает его стихи, в этой комнате Введенского.

Федоров писал музыку на Введенского в 90ые.
В мамином музучилище в моем раннем детстве сочиняли хоралы на Хармса.
Я пою стихи Мандельштама на мамин мотив романса.

Все эти внезапные эхо и отблески через десятилетия забвения удивляют меня, и печалят, и дают какую-то надежду

Асия Арсланова просто нарасхват была в воскресенье на романном питчинге выпускников CWS со своим питчем нового романа "Город" об истории урбанизации Башкирии. Я тут не при чем, но приятно быть гонцом с хорошими новостями - получаешь внезапные сюрпризы.

А новости ношу Асие, потому что я фанатка (тут подробно писала) ее «Аула», как будто бы подросткового, но на самом деле универсального башкирского этнотриллера, очень красивого и одновременно очень феминистского. А потом стала фанаткой самой Асии - она приезжала на БДФ в Петербург и вошла в мой топ рейтинга самых обаятельных авторов в мире.

«Аул» рассмотрел и издал Коля Джумакулиев и его «Волчок», издательство фактически не существует, но текст (только в виде бумажной, очень красивой!) книги ещё эксклюзивно в зубах «Лабиринта» (помните, был такой книжный в интернете?) - и стоит теперь вполне адекватные (такая реальность) 1000 рублей.

«Город» уже выйдет у кого-то большого и взрослого - за него схватились несколько вау издательств, вы не пропустите, я уверена.

А вообще питчинг был великолепный! Очень классные, очень разные, очень интересные заявки - и почти все запрошены издательствами (а не запрошенные я уверена найдут просто других издателей!).

Я очень стараюсь, чтобы в жизни у меня не образовывалось кармических долгов.
Сложнее всего с этим, конечно, в той части моей жизни, где мне шлют почитать рукописи (детских книг, конечно) и просят подумать, куда их можно пристроить. Я часто цитирую анекдот про

"Вы случайно не корректор? — Я не случайно не корректор".

Та же петрушка у меня с литагенством: перезнакомила я в жизни тысячи людей, десятку режиссеров минимум подсунула хорошие тексты, ставшие спектаклями, но вот с текстами у меня никогда почти не было времени на пристрой, я прям не случайно никогда ничего не обещаю и консультаций по этому поводу очень стараюсь не давать.

Был например у меня в жизни случай, когда я прекрасной Насте Рябцевой (при всей моей любви к ней) решительно сказала, что ее роман в стихах, который она мне прислала "посмотреть", ну стопроц никто не возьмет, ну мало шансов очень, ну безнадега (я только недавно тогда запускала два романа в стихах в "Самокате" и они при всех супердостоинствах с треском падали в продажах и стремились к стоку с самого начала).
Но ура, Настя меня не послушала — и ее "Гриша не свидетель" вышел с успехом в "Самокате", стал основой спектакля в РАМТе и "Практике", переиздается, обсуждается и вообще стал фактом и явлением литературы.
Что могу сказать — ура, что у Насти была наставницей и защитником интересов Ксения Молдавская, которая настиной рукописи помогла стать книгой.

Дописала же Настя текст на курсе по детской литературе у Ксении Молдавской и Ирины Лукьяновой в CWS, и я только недавно поняла, сколько классных текстов там народилось или выросло и доработалось. Тут Ирина Лукьянова рассказывает про некоторых выпускников, но я помню, что и "Точки пересечения" Анны Занадворовой и "Пожирающий" Полины Щербак, кажется, тоже появились после этой мастерской. У меня как у многих-многих людей был огромный скепсис к литературным школам, но — я работаю в CWS уже давно, и знаю, что это правда большая поддержка для тех, кто хочет работать над текстом.

Детская литература и в CWS, к сожалению, всегда то, про что думают слегка снисходительно — курс запускается редко, и как будто и современных авторов детлита знают мало, но в этом году у курса перезапуск. Он вырос до действительно Большой — 7 месяцев — мастерской. Мы собрали в него классных гостевых лекторов — писателей и редакторов, которые будут читать гостевые лекции, вдобавок к основным мастерам Ксении Молдавской и Ирине Лукьяновой. Добавилась группа с письменными разборами от моей подруги и соавторки Ники Максимовой, самого доброго, вдумчивого, дотошного, внимательного редактора, которого только можно представить (мало того, что мы работаем бок о бок 13 лет, делаем исследование вместе, Ника еще и рядом со мной иногда читает лекции студентам института печати, просто поверьте). Если нужны еще аргументы — вот Никино интервью про современную детскую литературу.

Я очень переживаю за набор курса, он стартует уже через неделю, и хочется, чтобы все, у кого есть идеи классных детских и подростковых повестей, смогли найти тут свою поддержку и рутину работы над книжкой и написали свои тексты. Я же обещаю не зависать сама с ними, а привести на питчинг курса лучших издателей детлита, чтобы они сразу разобрали книжки и издали их, всем нам на радость.

Понятно, что писать книги — и детские, и взрослые — невыгодно максимально, сложно, долго, потом почти бесплатно. Но есть от этого какой-то очень важный другой опыт и другие профиты.
В общем, если у вас или друга есть замыслы книжки — советую.

А если у вас замыслов книжки нет, а вы любите книжки читать и обсуждать, дам ссылку еще на один курс CWS — самый востребованный в школе, как мне кажется: "Как писать о книгах" с Лизой Биргер, Леной Чернышевой и Диной Озеровой. Каждый год сюда приходит толпа классных книжных людей, которые потом становятся крутым книжным комьюнити. И как вы понимаете, потом писать о книгах не обязательно, вы просто будете иначе — ярче и интереснее — их читать и обсуждать.

А мне, книжному пиарщику, очень нравится, что будет больше таких людей!

Штош, город отмечания Дня рождения определен.
А Вика Самсонова нарисовала на афише смоленского Фонаря нас с Умочкой! А вы спрашиваете, какая у меня мотивация. Как бы меня еще классные иллюстраторки рисовали!

Добрые дружочки комментируют фото итогов московского мини-фонаря!

Примерно как на первой картинке чувствую себя последние недели и видимо буду ещё пару недель! Но вообще, на диком контрасте с усталостью и ужасом от новостей, чувствую себя очень счастливой: ведь какое счастье, что в моей жизни есть Фонарь и все эти люди!