Миры Юрия Норштейна кажутся знакомыми. Возможно, потому, что в них спрятаны образы из нашей общей культурной памяти.

Например, Ёжик вобрал в себя сразу несколько художественных традиций. В его пластике исследователи находят сходство с «Маленьким шутом в трансе» Пауля Клее, а во взгляде и движениях — со «Спасом Вседержителем» Андрея Рублёва. Туман и деревья напоминают японскую живопись Хасэгавы Тохаку, трава — «Большой кусок луга» Альбрехта Дюрера, а сцена в реке вызывает ассоциации с «Офелией» Джона Эверетта Милле.

Юрий Норштейн соединяет живопись, воспоминания, звуки, запахи и собственные ощущения — и из этого собирает совершенно новый мир. Поэтому каждый кадр его мультфильмов можно рассматривать как картины в художественных галереях.