Почему биткоин не рухнул из-за войны, но может рухнуть из-за квантовых компьютеров?

Автор: Ян Кривоносов

Знаете, я с большим интересом наблюдаю за рынком в последние пару недель. Мы все привыкли, что биткоин — это такой барометр страха: чуть что-то где-то бахнуло, или политики начали грызться — и курс тут же летит вниз. Но сейчас мы видим удивительную картину, которая ломает эти старые стереотипы. Взять хотя бы историю с Ормузским проливом. Если бы такое случилось лет пять-шесть назад, мы бы точно увидели дикую панику и обвал биткоина на 20-30%. А сейчас? Биткоин спокойно стоит выше $63 000, а нефть Brent подскочила к $79. Рынок как будто говорит: «Эй, мы это уже проходили, и нас не проведешь».

Дело в том, что за эти годы биткоин серьезно повзрослел. Когда на рынок пришли крупные институциональные игроки через спотовые ETF, динамика кардинально изменилась. Это уже не та история, где толпа розничных инвесторов скупает или продает под влиянием эмоций. Сейчас в игре фонды с длинным горизонтом планирования, они не будут дергаться при каждом громком заголовке. И это подтверждается цифрами: недавно приток в американские ETF составил почти 200 миллионов долларов, положив конец восьминедельной серии оттоков.

Особенно меня зацепила ситуация с Ираном. Это же практически хрестоматийный пример, почему биткоин важен. Сначала иранцы заявили, что будут взимать плату за проход через пролив в долларах — классическая схема. Потом они переключились на стейблкоины вроде USDT, наверное, подумали, что так удобнее и современнее. Но очень быстро поняли, что это ловушка. Потому что их активы в этих стейблкоинах в любой момент могут заблокировать эмитенты по требованию властей США. И тогда иранцы сделали следующий шаг — начали принимать оплату в биткоинах. И это прекрасно иллюстрирует главную суть: биткоин невозможно заморозить, он никому не подчиняется, у него нет эмитента, которого можно надавить. Для стран, которые живут под санкционным давлением, это становится не просто способом сбережения, а буквально спасательным кругом для международных расчетов. И когда такие страны на практике переходят на биткоин, это меняет отношение к нему всего рынка.

Кстати, обратите внимание, как странно ведут себя другие активы на фоне всего этого. Все эти разговоры про панические распродажи биткоина, на мой взгляд, сильно преувеличены. Да, были легкие коррекции, но той истерики, о которой трубят в новостях, я не вижу. Аналитики говорят, что средний дневной объем чистых продаж на спотовом рынке биткоина в июле упал до 53 BTC, тогда как в июне этот показатель превышал 2000 BTC. Это колоссальное снижение панического давления. Получается, что «слабые руки» уже покинули рынок, а сильные инвесторы продолжают держать позиции.

Зато я вижу настоящую панику в других секторах. Взять хотя бы токен Pi Network, который обвалился на 97% от своего максимума. Сейчас он торгуется по $0,0785, а его рыночная капитализация упала ниже миллиарда долларов. Люди вкладывались в этот проект годами, майнили монеты на своих телефонах, верили в обещания, а по факту получили актив, который не выдерживает никакой критики. Как только на рынке началась турбулентность, первые держатели — так называемые «пионеры» — массово побежали продавать свои токены, и цена просто рухнула. И это при том, что биткоин и эфир за год потеряли 30-40%, а Pi Network — больше 60% только с начала года, а от исторического максимума вообще все 97%. Это классический пример того, как обещания без реального фундаментала разбиваются о суровую реальность. Проект вроде бы существует уже несколько лет, но так и не смог построить полноценную экосистему, а пользователи начинают громко выражать разочарование.

Или взять недавнее IPO Илона Маска. Это вообще исторический случай — он впервые в истории вывел компанию на биржу, будучи при этом убыточным. И все побежали туда вкладывать огромные деньги, верили в гениальность предпринимателя. Но что мы видим сейчас? Акции уже упали примерно на 12%, и инвесторы сидят в минусе.