Ненадёжный рассказчик

Не понял. Это ему заплатить надо, да?

Вдогонку. Есть у меня ощущение, что интернет-знакомства останутся уделом нищих и так себе методом для поиска. Ну вот как найти кого-то из шести ста анкет? Это сколько времени то нужно? Уже похоже на работу.

А для тех у кого есть деньги, будут созданы офлайн ивенты, где будет жесткий отсев по определенным критериям адекватности. Мол, показываешь все необходимые ачивки — пожалуйста, господин, проходите присаживайтесь. Сейчас вас будем знакомить. То есть, эти ивенты должны взять на себя роль отсева кандидатов.

Не подходите? Ну, всегда есть альтернатива, такая себе, но увы, как есть.

В школе и универе все девушки получали по валентинке, иной раз и не по одной. Я в школе, кстати, ни разу не получал валентинку, как и многие мои друзья. Тогда я был без выдающихся писательских способностей и в целом задроченным нормисом. Где-то посередине классовой иерархии, ни туда, ни сюда.

В универе было повеселее — там я уже, как атлант, начал расправлять плечи и были мечты образовать анклав успешных людей в долине от всех этих обывателей. Но и там каждая девушка получала не по одной валентинке. Перекос длился эпохами.

Я смотрел исследования, что в приложениях для знакомств девушки получают десятки раз больше лайков и метчей. Одна девушка, с которой я познакомился в Пьюре, писала:

— Там куча у меня всяких этих сердечек. Примерно 600-700 человек в день.

Шесть сот, семьсот! Пиздец. У меня максимум 60 за пару дней, и то, если торчать онлайн. И фотки у меня не обрыганские с кухни или с братками, а нормальные.

То есть, девушки получают в десять раз больше откликов, и это при том, что их, по факту, больше! Откуда такие цифры — не понимаю.

Так, воины, признавайтесь: сразу по области бьёте или как? А то математика что-то не сходится.

Ну и всех с этим максимально капиталистическим праздником. Я, кстати, люблю этот розово-букетный ивент.

— Меня зовут Антон Коробейко, я сотрясаю горы! Вы видели горы в Санкт-Петербурге?» — говорит вошедший в дешевую шаурмичку мужчина. Высокий, симпатичный, светловолосый, в белой рубашке. В руках у него трость, пальто нараспашку, и вдрызг пьяный.

— Нет, — отвечает какой-то мужчина из очереди.

— Это потому что я сотряс! — восклицает Антон Коробейко. И тут же начинает приглашать всех на презентацию своей книги детских стихов.

Затем он спрашивает: «А вы знаете, откуда берутся дети?» и начинает читать стихотворение — не вульгарное, не пошлое, а хорошее. Потом – второе, про притяжение конфет. Всё это происходит в шаурмичной у метро.

В это время у двери, на кортах, ждут свой заказ два хача — иначе их не назвать — те самые с бородами, шапками-гандонками, трениками, и говорят по видеосвязи на своём мордорском.

— Антон Коробейко, так и вбейте в Яндексе, там все первые шесть ссылок — все мои, — говорит поэт, — все патриоты хорошо индексируются в Яндексе, а иноагенты — в Гугле! А я патриот!

И вы скажите, что Петербург не лучший город?

Потом я пошёл читать, кто такой этот Антон Коробейко. Оказывается, о нём писала КП:

Три года назад Антон Коробейко ранним утром помог человеку, которого избили подонки. Он хотел отвести пострадавшего в травмпункт. Негодяям это не понравилось, и они вернулись, жестоко расправившись уже с Антоном. Спас его случайный прохожий.

На больничной койке он и написал свою первую книгу: «Как я выжил». Нужно сходить на его презентацию. Стихи-то были хорошие.

Если Трамп с Илоном приедут в Москву на 9 мая, я буду 100% уверен, что мы живем в какой-то ироничной симуляции, где уже ничего нельзя предсказать и все ебанулись.

Впрочем, в чем я уже убедился, так это в том, что наша пропаганда не врала, а все эти прозападные эксперты в белом пальто — те еще пидарасы.

Иду под валящимся, липким, холодным, пепельным небом. Все встречные закутались в капюшоны, — лица хмурые, с настроением кучных грозовых облаков откуда валится сырой снег.

Навстречу идут парень с девушкой, девушка останавливается:

— Ой, смотри, какая прелесть! — достаёт телефон, наводит камеру на уровень тротуара напротив стеклянной двери.

— Знали бы они, куда можно! — парень с усмешкой через высокий воротник куртки.

Внизу двери — табличка: «Можно с собачками», и иконка собаки с сердечками.

За стеклянной дверью — венки, гробы, кресты, и надпись: «Ритуальное агентство “Радуга”».

…всякий раз возвращался мысленно в Петербург. Там я ни с кем не обсуждал ни миллиард, ни миллион. Там ко мне подходил незнакомец, бледный от водки, и говорил что-то вроде: «Не правда ли, дорогой друг, что если мы покончим с собой, в нашей жизни это ничего не изменит?»

Антон Секисов, Бог тревоги

Даже, когда я буду помирать (или висеть в петле хотя застрелиться как-то романтичнее), буду описывать весь процесс и рефлексировать над этим.

В этом плюс писательства — любое, даже крайне негативное, событие можно обратить в слова.

Сегодня в Пьере (не спрашивайте!) мне сказали:

— Если честно озадачили твои инфантильные вопросы.

Вопрос был простой: «назови три вещи которые любишь». До этого общение было только «привет», «привет». Я даже как-то оскорбился слегка, мол, чего это вопросы то инфантильные.

Надо что сразу спрашивать: «Как ты планируешь назвать наших детей? Я думаю Ксюша норм имя если девочка, а если мальчик то Матвей. Да, нормально. Или нужно спрашивать: «А как ты планируешь развивать свой инвестиционный план на западном рынке облигаций если утвердят 16 пакет санкций?»

Наверное не стоит сбрасывать ей трек исполнителя Три дня говна, «Говновоз». Но пока не уверен, трек то великий.

«админ ты ебанулся? мы и так тут света белого не видим из-за работы и прочих неурядиц, столько информации сыпется и на всё надо отвечать и реагировать куда там уж еще больше быть занятыми, мудак. до вечера бы дотянуть, чтобы в уютную кроватку и в ней дожидаться выходных, когда можно чуть выдохнуть», — скажут люди.

А я вам отвечу! Куча усталости как раз из-за постоянной информационной перегрузки.

Вот если заходить в инсту раз в день, да не читать говно-каналы с мемами в тг и не смотреть пропагандистские новости, то и времени будет больше и сил.

Инфо шум отнимает уйму времени, собственно временем и вниманием он и питается.

Наставление для тревожненьких сырков. То есть, для большинства из нас. Заметили, что грустных постов стало меньше? То-то же!

Расскажу о моём опыте за последний месяц и о том, что помогло мне убежать от ебучей тревоги, от которой, спасу нет ей богу. Апелляция к личному опыту такое себе, согласен, но мало ли.

Фритц Перлз пишет: «Тревога — это напряжение между сейчас и потом». А он, между прочим, основоположник гештальт-терапии. Тревога это про будущее. Обычно про хуёвое, которое непременно должно случиться.

Не стану говорить, что спорт спасает — хоть и даёт некую химию, облегчая жизнь, но куда действеннее просто быть занятым. Сейчас объясню.

Важно. Отвлечение на тик-токи и рилсы не работает. Это тупо не насыщает интерес и не отвлекает от мыслей. Даже глушит хуёво. Скорее напротив, засоряет голову ещё большей тревогой в виде сравнения себя с другими.

Знаю, вы-то осознанные и так не делаете. Лол.

Важно быть занятым не только физическим трудом, который не всегда заглушает мысли, способные продолжать строить мостик к той яме, в которую мы скатимся если не найдем получше работу, должность или человека с кем разделим бренность бытия.

Мне помогла перманентная занятость в проектах, где постоянно нужно заниматься интеллектуальным трудом: мысли заняты важным делом, решают задачу здесь и сейчас, а не убегают в неприятное будущее.

Добавит это счастья? Не всегда. Но тревогу убирает.

Особенно это работает в Питере, где под низким небом, как натяжной потолок, который тянули таджики за двадцать косарей, можно легко поехать кукухой.

Так что интеллектуальный труд не только полезен — отупеть придется попозже — но и не хило вытаскивает из скверных, мусорных мыслей.

Утреннее постельное чтиво.

Чего я не могу простить либералам, так это того, что они создали общество, в котором человек оценивается по тому, что он говорит (или пишет), а не по тому, что он собой представляет.

Армин Молер, «Против либералов»

Веревки, свисающей с потолка?

Только настоящие писатели и поэты знают чего недостаёт в этой композиции.

Бессмертная жизнь — это же тоска смертная. Объясняю на карточках простых вещах: я уже не знаю, что и готовить на завтрак — перепробовал все возможные сочетания продуктов, их состояния и ипостаси. А мне каких-то тридцать шесть.

И таких бытовых мелочей дохуя, а теперь представьте: эта рутина длится вечно!

Точно ёбнешься году на двухсотом, если не раньше.

Жизнь давно превратилось в математический просчёт. Каждое действие можно оцифровать, узнать стоимость. Я давно в проектной работе, знаю, о чём говорю. Считаем стоимость часа, количество рабочих часов, лайки, отписки, срок до дедлайна, время до Нового года, количество дней отпуска, экранное время, сколько серий в сериале, который порекомендовали.

«Тридцать серий по часу! не, откуда у меня столько времени в зал же надо еще ходить на весах лишние цифры, до весны всего два месяца».

Отношения тоже можно просчитать: что мне даст этот человек, а что я ей? Какая конверсия от мэтча в Пьюре до встречи, от встречи до кофе, от кофе до «поехали ко мне посмотрим фильм», сколько после продлится период взаимного интереса. Всё можно загнать в «воронку продаж».

Если не просчитывать, рискуешь оказаться с минусовым балансом. А мог бы это время поработать да скопить на отпуск в Дубае, смотреть пару недель на высоченные шпили Бурж-Халифы и шпильки эскортниц — у них-то с просчётом порядок.

Чувства только пока нельзя оцифровать. Иначе мы бы и это сделали: сегодня я чувствовал удовольствие — 43 минуты, влюблённость — 3 минуты, пока листал профиль Ксюши в инсте, грусть — 15 минут, насмотрелся тик-токов про социальную несправедливость, зависть — 29 минут, бля Колян в Сити переехал мудак, злость — 14 минут, пролил горячий латте на новую сорочку.

Всё стало масштабным бизнес-планом, где нельзя оказаться в минусе. Если баланс не сходится, получаешь пустоту, ангедонию, депрессию. Современный мир высасывает душу, размазывает её по холодной чёрной школьно доске с математическими формулами. Чувствовать не остается времени — нет такой формулы.

Давайте будем честны: писать надо так, чтобы когда к вам кто-то на улице подходит, первая мысль: «Ну всё, сейчас мне будут бить ебало!»

Если при встрече таких ощущений нет, значит, вы пишете слишком безобидно, травоядно. Настоящий текст не должен быть соевым, будто его написали откуда-то из под моста в Тбилиси.

Настоящее творчество рождается только тогда, когда в голове избыток идей. Если этого нет, то что скажешь то? Любое заявление получится вымученным, неестественным.

Еще я убедился: из расслабленного состояния нихуяшеньки у меня не выходит. Но когда две работы, куча дел, нет денег, а на улице морок и пиздец, — вот тогда получается что-то.

При этом ситуация выглядит оч странно, казалось бы — если оч много сил тратится, это должно истощать, но выходит ровно обратная картина — сил и идей становится больше.

Поэтому поиски идеального времени, состояния или обстоятельств — полная хуйня. Это напротив не даёт ничего для творчества. Типо, сейчас я с делами раскидаюсь, денег заработаю и уеду на остров творить, чтобы мне ничего не мешало и никто не отвлекал. Ну-ну.

Начал смотреть третий сезон «Ведьмака». Понял, что не могу: скучно, неинтересно, диалоги отстой, сюжет не цепляет, а инклюзивность просто заебала. То ли меня избаловали всякие «Аркейны», то ли сериал правда на троечку. Но!

Боже мой, какая же красивая актриса, играющая Цири! Только из-за неё вытерпел пару серий. Теперь буду западать только на таких славянских блондинок.