Ушедшей девушке слишком рано оформили выдачу, а она хотела сперва проверить товар. По её словам, что-то там в коробке может быть рваное. Гандоны, может? Или капроновые колготки. Она ещё возмущалась: «Вы что, первый день в Озоне работаете?!»
После таких возмущений реальности, стоит отметить, что выражение «слабый пол» уже сто лет как протухло. Я даже специально прогуглил, когда оно возникло.
На русском языке оно [выражение «слабый пол»] впервые стало активно использоваться в XIX веке, в литературе и публицистике. Например, у Тургенева, Толстого или Достоевского можно встретить такие выражения, особенно в контексте этикета и морали того времени. Женщины тогда считались хранительницами домашнего очага, а выражение подчёркивало якобы их «хрупкую» природу — как физическую, так и душевную.
Если сейчас посмотреть на радфемок и бодипозитивных леваков, создаётся ощущение, что можно отхватить не хилой пизды за любой взгляд не по методичке. Ну, ладно, воины, такой неуклюжей пизды всё такие. Чо с них взять-то.
В детстве, сильнее всех ебашились именно девушки. Еще в юности, на какой-нибудь синей кухне или в прокуренном кафе с медляками, они устраивали такие бабские драки, что там не только волосы летели — там стены трещали. Стоит помнить, что админ взрослел не в столицах, а в глухом замкадье.
Причем, если парни могут где-то подраться из-за ерунды, вы видели такие видосы, то спустя десять минут уже вместе идут бухать и в целом кореша на век. У девушек — это будет, блять, кровная вражда на поколения, которая смывается только кровью.
Так что давайте честно: какой, нахуй, слабый пол?!
Слабый пол — это мы, воины.