В "Хрониках убийцы короля" основная магическая система - как раз симпатическая. Работает на сходстве и вере:

1) Ты убеждаешь себя, формируешь веру в то, что два предмета - на самом деле один и тот же. Например, монета у тебя в руке и монета на столе.
2) Поднимаешь свою монету. Если ты действительно поверил в их сходство (единство) - поднимется и вторая.
3) Но энергии при этом израсходуется в два раза больше. Закон ее сохранения - работает!
4) Можно разделить разум на две части и пока первая часть верит в связь монет - вторая поверит в то, что твоя монета едина еще и с колесом проезжающей мимо телеги. Монеты полетят сами. На колесо это тоже как-то повлияет, но, ввиду разницы масс, не существенно. Плюс, поскольку колесо таки не монета, на 100% реализовать веру не получится, неизбежны энергопотери.

—

Тренировка раздвоения ума (алар - "вера в хлыст" - нужно верить так же, как веришь в хлыст, которым тебя бьют):

"Еще он научил меня игре, которая называется «поиски камня». Смысл игры в том, чтобы одна часть твоего разума спрятала воображаемый камень в воображаемой комнате. А потом надо заставить вторую, отдельную часть своего разума этот камень искать.

С практической точки зрения эта игра учит ценному контролю над своим разумом. Если ты способен играть в поиски камня по-настоящему, значит, у тебя стальной алар, как раз такой, какой необходим для симпатии.

Однако, хотя быть способным думать о двух вещах одновременно действительно ужасно удобно, процесс обучения этому выглядит как минимум обескураживающе, а временами и довольно жутко.

Помнится, как-то раз я искал камень почти час, прежде чем снизошел до того, чтобы спросить у второй половины себя, куда же я его спрятал, и только тогда узнал, что никакого камня вовсе не было. Я просто решил проверить, долго ли я буду искать, прежде чем сдамся. Случалось ли вам злиться на себя и смеяться над собой одновременно?"

—

ГГ обливается водой, чтобы выжить и спасти человека (из тепла крови берется недостающая энергия):

"Помещение мало-помалу заполнялось отчаянными воплями: люди сообразили, что происходит. Кто выкрикивал приказы, кто просто вопил от ужаса. Они суетились, роняя инструменты и опрокидывая недоделанные изделия.

А Фела не кричала и на помощь не звала – а потому никто, кроме меня, и не замечал, какая опасность ей грозит. Судя по результатам Килвиновой демонстрации, менее чем через минуту вся мастерская должна была превратиться в море пламени и едкого тумана. Времени не было…

Я бросил взгляд на полуоконченные изделия на соседнем рабочем столе, подыскивая что-нибудь, что могло пригодиться. Нет, ничего: россыпь базальтовых глыб, мотки медной проволоки, стеклянное полушарие с неоконченной рунической надписью, которому, вероятно, предстояло сделаться очередной Килвиновой лампой…

И вдруг я понял, что делать. Схватив стеклянное полушарие, я с размаху разбил его о базальтовую глыбу. Стекло разлетелось вдребезги, в руке у меня остался тонкий, кривой осколок с ладонь величиной. Свободной рукой я схватил со стола свой плащ и бросился прочь от вытяжки.

Я прижал большой палец к острой грани осколка, испытал противное тянущее ощущение, сменившееся острой болью. Так, кровь пошла; я мазнул большим пальцем по стеклу и произнес связывание. Встав напротив смывателя, я бросил осколок на пол, сосредоточился и топнул по нему ногой, раздробив стекло подошвой.

Меня пронзило холодом, подобного которому я никогда прежде не испытывал. Не обычным холодом, от которого мерзнут кожа и конечности в зимний день. Холод сотряс мое тело, точно удар грома. Я ощутил его на языке, в легких, в печени.

Однако я добился, чего хотел. Стекло удвоенной прочности, из которого был изготовлен смыватель, покрылось паутинкой трещин, я зажмурился – и оно лопнуло. Пятьсот галлонов воды огромным кулаком ударили меня в грудь, отшвырнули на шаг и промочили насквозь. И я бросился вперед, лавируя меж столов."

—

А как думаете, что случится, если ваш враг-симпатист завладеет образцом вашей крови и вскипятит его?

P. S. Еще фрагмент в комментариях.

Отсюда же: Самое злое и опасное существо в мире.