Нужно сказать о главной истории разворачивающейся уже не 100, а 400 лет. Главная причина перехода к магическому мышлению в политике: отказавшись от Таинств, мы необходимо должны перейти к тайнам и тайным ритуалам. Отказавшись от Литургии, мы неизбежно переходим к алхимии.
Это создание гомункулов - алхимических людей в колбочках: создаются нации, "интересы", классы на форумах - физических и онлайн. Фундаментально происходит подмена символического и органического отношения к миру; идея "corpus", идея тела - органики сложного тела состоящего из разных частей объединяемых Святым Духом и воплощённым в короле через таинство помазания. Всё удерживается, поэтому нет нужды подгонять всех под одну гребёнку.
Отдельная система - отношения народа и церкви, рождение Модерна как разрыв этих понятий.Из "Триалога" с Баумейстером от 06.08.25
Сформулирую основной тезис: подмена Таинства симулятором. До Модерна символизм и реальное присутствие невидимого Смысла была и в физическом теле, в органике. С отказом от веры в реальное присутствие Бога в Евхаристии рождается идея виртуальности.
Сначала рождается чистый реализм, но он редко существует на элитном уровне. Не случайно почти все оказались мистиками, алхимиками, эзотериками.
Все столпы гуманизма практиковали чёрную магию - от Ньютона до Декарта и Лейбница; стоит посмотреть содержание их библиотек.
То есть происходит подмена в виртуальность. Ключевая категория - воля. А виртуальность утверждает: настоящего смысла нет, есть только тот смысл, который я в моменте сконструировал, придумал, обозначил из своей воли или навязал через технологии той или иной массе. Но по-настоящему этих смыслов нет.
В этом и есть магия: "Мы можем сами произвольно управлять невидимым миром и соединять его с видимым в арбитражном порядке."
А старый мир предполагал реальную связь, реальное присутствие, соотношение служения и ответственности и у людей было совершенно другое отношение к миру.
В стремлении освободиться от тирании ответственности божественное присутствие заменили волевым. Дальше начались процессы приведшие к тому, что общественный язык на уровне высшего политического контура стал соревнованием магических заклинаний.