Игра Кальмара и современный исторический кризис

Корейский сериал Игра Кальмара стал мировым медиа феноменом, побив все рекорды по просмотрам за всю историю существования стриминговых сервисов. Как и в случае любого культурного успеха, подобная популярность была бы невозможной, не случись произведению искусства попасть в так называемый «дух времени» текущего момента: того особого способа, при помощи которого люди воспринимают реальность вокруг них, тех экзистенциальных вопросов, что их беспокоят, и тех ценностей, которые они отражают своею жизнью. Я постараюсь максимально обойтись без спойлеров, что крайне сложно, когда речь идет о художественной истории, но определенное знакомство читателя с сюжетом – неизбежность по прочтению этого текста.

Итак, Игра Кальмара – с технической стороны, наверное, самое талантливое со времен пьес Бертольда Брехта, антикапиталистическое произведение искусства последних 100 лет. Тайны в этом никакой нет, как отметил режиссер фильма: «Я хотел написать сюжет, который был бы аллегорией или басней о современном капиталистическом обществе». В отличие от современного западного сериального творчества на социальные темы, где идеология предшествует сюжету, Игра Кальмара, прежде всего, качественная история с живыми людьми, а не карикатурами: все конфликты реальны, жестоки и брутальны, и налицо все разнообразие человеческой природы. Нет лоска политкорректности и «супергероев»: женщины слабее физически, считаются участниками игры за бремя, и не стесняются использовать секс для достижения своих целей; мигранты сталкиваются с непониманием и презрением, бандиты используют насилие без предупреждения, а цена ошибки – мгновенная смерть без второго шанса.

Но Игра не стала бы столь популярной, если бы она просто была бы хорошей историей. Ее сильные стороны только усиливают ту мощь, с которой сюжет попадает в общий нарратив «прогрессивизма». И здесь важны отличия сюжета сериала от его предшественников: произведений японского автора Таками Косюна «Королевская Битва». В обоих случаях происходит игра на выживание между участниками. Но на этом сходство и заканчивается. В японском романе и манге главным антагонистом является тоталитарно – милитаристская Япония будущего, участников игры похищают без их на то ведома, а в финале выжившие бегут в США, как в оплот свободы. В мире Игры Кальмара – участие добровольно, а бежать некуда; попытки участников выйти из нее возвращают их на стартовую точку. Единственные персонажи, которые являются одномерными и картонными, - Владельцы Игры: богатые мужчины, которые за редким исключением 1 китайца являются белыми. Тут очевиден антиглобалистский и антиколониальный нарратив, столь важный для современного левого движения.