При этом будучи привыкшей к информационному шуму и не приученной к самоанализу психика становится крайне уязвимой к ситуациям внезапного уединения:

«Некоторые эксперименты показали, что люди, лишенные даже на очень короткое время всех сенсорных стимулов (отсутствие прикосновений, слуха, запаха, зрения), быстро впадают в своего рода галлюцинаторное гипнотическое состояние. Изоляция от множества впечатлений, которые обычно бомбардируют нас из внешнего мира, создает странный и пугающий симптом … даже за сутки такой изоляции просыпаются все призраки детских страхов и появляются различные патологические симптомы. Наш инстинкт любопытства требует постоянной подпитки; если он не удовлетворен, возбуждаются внутренние псы ада».

«Как только человек остается один, оторванный от мира и новостей о происходящем, его умственная деятельность сменяется совершенно другими процессами. Давно забытые тревоги выходят на поверхность, давно подавленные воспоминания стучат в его сознание изнутри. Его жизнь в фантазиях начинает развиваться и принимать гигантские размеры. Он не может оценивать или сравнивать свои фантазии с событиями из его реальности, и очень скоро фантазии могут овладеть им».

В результате возникает ситуация, когда одновременно человек не строит глубоких связей с ближними, но постоянно зависим от обезличенной внешней власти:

«[в тоталитарном обществе] человек сводится к механической точности состояния насекомого. Он не может развивать теплые дружеские отношения или привязанность, потому что они могут быть слишком опасны для него. В конце концов, сегодняшний друг может стать врагом завтра. Живя в атмосфере постоянной подозрительности - не только к незнакомцам, но даже к своей собственной семье - он боится выражать свои мысли, чтобы концентрационные лагеря или тюрьмы не поглотили его. Граждане Тоталитарии на самом деле не разговаривают друг с другом. Когда они говорят, они шепчутся, сначала украдкой оглядываясь через плечо в поисках неизбежного шпиона».

«Тоталитаризм - это бегство человека из пугающих реалий жизни в виртуальную утробу лидера. Действия человека направляются из этой утробы - из внутреннего святилища. Мистический центр контролирует все; человеку больше не нужно брать на себя ответственность за свою жизнь. Царит порядок и логика пренатального мира. Есть покой и тишина, покой полного подчинения. Члены состояния матки на самом деле не общаются; между ними царит тишина, тишина возможного предательства, а не зрелая тишина замкнутости и сдержанности. Тоталитария увеличивает разрыв между тем, что человек показывает и демонстрирует обществу, и теми вещами, о которых человек тайно мечтает и о чем думает глубоко внутри себя. Он развивает искусственную раздвоенность политического молчания. Все немногочисленные остатки индивидуальных чувств и мнений тщательно закрываются».

Возникает следующий вопрос, почему описываемые Юстом феномены настолько распространены в современном обществе, когда тоталитарные режимы формально остались в прошлом? Об этом в следующей части.