ЧТИВО продал уже больше 22-ух тысяч копий выпуска про Высоцкого (и это только на Ozon). А я на выходных нашел на даче две его пластинки: обычную малышку на 7 дюймов и мягкую голубую, которым 50 лет.

Для меня Высоцкий с детства был «тем дядькой-памятником с кладбища». Все потому, что мои на Ваганьковском лежат метрах в пятидесяти от Владимира Семеновича — направо от входа, не доходя ещё примерно столько же до Есенина.

Понятно, что стихи Высоцкого я никогда специально не учил, но все равно откуда-то их знаю. Думаю, так и у вас. Видимо, на 100% правы те, кто говорят: Владимир Семенович — часть нашего ДНК. «Жираф большой — ему видней», «Теперь Горбатый», «Жить или не жить?» — эти его слова из песен, фильмов, с театральной сцены — то, что нас по-настоящему объединяет.

И ещё момент: сегодня я слушаю этот винил, а полвека назад эту самую пластинку ставили на советской радиоле мои — слушали её на московской квартире, а потом и даче. Так Владимир Семенович связывает поколения и спустя 45 лет после своей смерти.