«Друг, что-то тебя разнесло».
Обида гарантирована, да и окружающие не поймут. Как, ты был таким резким! Он не толстый, он horizontally challenged. А что это меняет? Друган, жри меньше, помрешь же! Эй! Молчит. Отвернулся. Обиделся.
Лет пять назад я начал худеть. Давление начало шкалить, так отъелся. Сбросил 17 кг, без фанатизма. Это был комфортный для меня процесс. Без стресса, вот этих всех кроссфитов, дрожащих рук и рвоты в туалете. И я смотрю на фотографии, на свои фотографии шестилетней давности. Боже, ведь я был, мягко говоря, fat. Никакой не horizontally challenged, а чисто fat! Жирный! И все вокруг молчали. Ни один человек, даже на пьянке не подошел, хлопнул по плечу, и не сказал: «Волошин, чот ты отожрался, ряха в объектив не влезает!». Или что-то вроде: «Переживаю за тебя, чувак. Колени скоро под таким весом хрустнут».
И ведь главное — спрашивал. Вот вам крест! У друзей верных, заботливых. Мол, не слишком ли пузо выпирает? Нет, говорили. Ты, Дима, заявляли, выглядишь на все 100. А я чувствовал, что что-то не так. Когда на себя каждый день смотришь в зеркало, то изменения не так заметны. Оно же по чуть-чуть накапливается. В районе талии прежде всего. Вот одежда на размер, на два подросла. Но если носить oversize и вообще не париться на тему стиля — то и не чувствуешь. Только по звону в ушах и упаковке капотена на ночном столике начинаешь понимать, что что-то уже совсем не то.
Я не то, чтобы обижаюсь, что не сказали. Нет повода. Я размышляю. Ведь куда как лучше, если твои друзья говорят, что о тебе думают. Сверху я привел крайние формы, конечно, так делать не надо. Но если друзья не говорят, то может они и вовсе не друзья? Может те, кто за тебя борется невзирая на страх получить от тебя, и есть твои друзья? Я не знаю. Но почему бы не поразмышлять об этом в дождливую хмарь понедельника?