А потом наступает черед линейки. Ты идешь на нее с каким-то огромным букетом, который еще вчера привезли с дачи. Раньше не было принято покупать цветы на 1-е сентября, их дарили выращенные своими руками. Везли, защищая телами, в электричках. Туда по весне везли рассаду, обратно — цветы. И вот идешь с этим букетом, больше похожим на дом, и вокруг такие же, с букетами. А из каждого двора-колодца имени Хрущева гремят песни. Значит, там тоже школа и тоже линейка.
Песни были одинаковые, их ставили подряд, всего их было штук пять-шесть. В общем, проходя мимо первых трех школ их можно было выучить наизусть. И выучивали, и пели вместе.
Чем ближе к школе, тем сильнее колотится сердце. Не помню свои ощущения от первого класса. А вот к пятому — скажу, что чувствовал. Как я найду свой класс? И каким его найду? Будут новенькие? Как изменились старенькие? Ушла ли, как обещала, классная, тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить? Важные вопросы. Поневоле ускоряешь шаг. И выясняется, что ничего особенно не произошло. Новенький один, пухлый парень, жмется к ноге матери. Смешной. Приехал с семьей из Дрездена. Одноклассники почти не изменились, а вот некоторые одноклассницы вытянулись и укрупнились в разных местах. Все же классная, опять, третий год подряд, обманула, и осталась. Шепотом сказала кому-то, что лично директор ее уговаривал. Зараза этот директор.
А потом наступает черед речей. И про пользу образования, что без него никак. И про то, что надо учиться лучше, чтобы стать полезным членом общества. Впитывать как губка. Про роль школы в воспитании личности. О том, что дисциплина — это важно, это основа хорошей учебы. Орднунг муст зайн. Вперед, товарищи! Директор поздравляет всех. Несут первоклашек с выпученными глазами. Звучит гимн. Взрослые стоят в стороне, вытянув, как гуси, шеи. В их глазах сочувствие вперемешку с облегчением. Мамочки, порой, плачут, младшие братья и сестры с любопытством смотрят на галстуки, и шарики, цветы и таблички с номерами классов. Все, двинулись наконец.
Конец этого суетливого и будоражащего утра происходит в классе. Он чисто вымыт и остро пахнет лежалыми в ведре тряпками. На задних партах стопками набросаны новые учебники. Мы хватаем их и запихиваем в еще пахнущие пластиком портфели и ранцы. Рассаживаемся по партам, пока еще хаотично. Начинается типичная планерка. Классная рассказывает, как будем жить в новом году в нашем доме имени Германа Матерна. Спойлер: как и в прошлых. Мы сидим, ничего не слушаем, перемигиваемся. Впереди 9 с половиной месяцев зубрежки, оценок, театральных выступлений, «родителей в школу», подчищенных листов в дневниках, игры во вкладыши на переменах и прочего. Тогда казалось, что это жизнь. Сейчас, через 40 лет понимаешь, что нет. Это было просто счастье.