Но это так, контекст. Вернемся к «Солнцедару». Во времена Советского Союза был дефицит буквально во всем. Конечно, хорошие спиртные напитки тоже были редкостью, а народ иногда хотел выпить. В эти времена мы заигрывали с Анголой. Страна бедная, что там говорить. Но крайне нуждалась в поставках нефти. А что не сделаешь ради торжества социализма на африканском континенте? СССР продавал нефть в кредит Анголе, поставки были налажены хорошо. И чтобы не гонять обратно пустые танкеры, какая-то светлая голова в Госплане предложила наливать туда вино. Ангольское вино было весьма фиговым, но после турне в нефтяных емкостях становилось совсем дрянным. Так и возник «Солнцедар», который, будучи разлитым на стол, через 10-15 минут проплавлял в полированной поверхности дырку.
Согласитесь, наш ум хитер и способен на весьма изящные ходы. Кормим Африку, выдаем кредиты без вероятности возврата? Так давайте с них хоть вином возьмем! Все польза для народного хозяйства. Правда вот дальше реализация оказалась так себе. Без учета последствий и даже где-то за гранью здравого смысла. Потому что кто-то кому-то «в верхах» идею продал, а дальше делайте, как хотите.
Помните, как в анекдоте: я же стратег, тактика — не мое.
И я вот сейчас смотрю с недоумением на современных стратегов и понимаю, что со времен Анголы мало что поменялось. Например, проект «Солнцедар» два десятка лет царит в образовании.
Все было так хорошо и понятно в 90-х. Затраты на вузы были альтернативой затрат на полицию и тюремную систему. Не важно было, чему учить, для социальной передержки это не имеет значения. Потом пришли какие-то странные люди. ЕГЭ, ФГОС, индивидуальные образовательные траектории, та же Болонская система. Люди произносили все эти слова с придыханием, и было понятно, что придется внедрять. Правда, ничего конкретно не предложили. Они тоже были стратегами. Образованцы вздохнули и внедрили как понимали. И как обучали на «Школе ректоров».
Получился «Солнцедар». В ходе реформ, скажем, забыли изменить отношения субъектов. Государство как было, так и осталось единственным заказчиком. Ключевой результат, как следствие, так и остался бумажкой, отчетиком. А студент или ученик как были самыми бесправными, «обучаемыми», так и остались. Над всем этим только увеличился бюрократический, чиновничий навес. Но уже приправленный изящными выражениями. Скажем, моделью компетенций или профстандартом. Но, по сути, со времен Анголы все осталось прежним. Лозунг стал смыслом. И вроде бы неплохие идеи выхолащиваются конференциями и тусовками.