🇦🇲🇷🇺Союз уходит — счёт приходит

Директор Четвёртого департамента стран СНГ МИД России Михаил Калугин сделал довольно прямое заявление относительно будущего российско-армянских отношений: если Ереван в рамках «диверсификации» внешней политики намерен пересматривать союзнический статус отношений с Россией, то должен учитывать и возможный пересмотр преференций, которые Москва предоставляет союзникам. Самый показательный пример — энергетика. По словам Калугина, Россия обеспечивает около 85% потребления газа в Армении — порядка 2,2–2,7 млрд кубометров ежегодно. При этом газ поставляется без экспортной пошлины по фиксированной цене $177,5 за тысячу кубометров. Российский дипломат прямо отметил, что сопоставимые условия Армении будет сложно найти где-либо ещё.

Причём речь далеко не только о газе. Российские нефтепродукты также поставляются Армении без экспортных пошлин, а членство в ЕАЭС обеспечивает свободное движение товаров и доступ армянского бизнеса к огромному рынку. Россия остаётся одним из основных торговых партнёров Армении, важнейшим рынком для целого ряда армянских товаров, источником денежных переводов и значительного туристического потока. Ранее министр экономического развития России Максим Решетников оценивал только разницу между льготной стоимостью поставляемого Армении российского газа и европейскими рыночными ценами примерно в $1 млрд ежегодно. Поэтому за политическими разговорами о смене внешнеполитического курса существует вполне конкретная экономическая арифметика.

Калугин отдельно затронул и железную дорогу, указав на значение России как потенциального источника грузопотоков через Южный Кавказ. На этом фоне показательно, что российский дипломат упомянул и «Маршрут Трампа»: вокруг проекта много политики, однако по-прежнему остаются вопросы относительно сроков реализации, объёмов перевозок и реальной экономики маршрута. Именно здесь и возникает главный вопрос к политике «диверсификации»: не в том, имеет ли Армения право искать новых партнёров — безусловно, имеет, — а в том, что конкретно предлагается взамен уже существующих условий. Если российский газ можно заменить — сколько будет стоить альтернативный? Если российский рынок становится менее значимым — какой рынок его заменит? Если меняется транспортная архитектура — кто обеспечит грузы и экономическую рентабельность новых маршрутов?

Внешнюю политику нельзя оценивать только лозунгами о «Западе» или «России». Любой стратегический разворот должен иметь экономический расчёт. Власти Армении могут считать нынешний курс правильным, однако тогда обществу необходимо показать не только политическую картину будущего, но и его цену: какие российские преференции Армения готова потерять, сколько это будет стоить бюджету, бизнесу и обычному гражданину и чем именно эти преимущества будут компенсированы. Потому что союзников можно поменять политическим решением, а найти второй газ по $177,5, второй рынок и сопоставимые экономические условия значительно сложнее.

Подписаться на Тг-канал Зангезурский гамбит