В отечественный прокат вышла картина «Ее личный ад» Николаса Виндинга Рефна, премьера которой состоялась на Каннском кинофестивале. В 2023 году датский постановщик пережил клиническую смерть и после этого, решив вернуться в кино, снял первый за 10 лет полнометражный фильм — в нем он доводит свой фирменный стиль до предела. Превращается ли эта визуальная выверенность в цельное высказывание, разбирается киножурналистка Диана Габитова.

По словам самого постановщика, «Ее личный ад» вырос из двух не связанных друг с другом идей. В неоновой герметичной высотке живет актриса Эль (Софи Тэтчер). Девушку окружают отец-режиссер (Дугрей Скотт), невыносимая инфлюенсерка (Кристин Фросет) и молодая мачеха, которая когда-то была ее лучшей подругой (Хавана Роуз Лю). Отец в попытках, как кажется самой Эль, приблизиться к ней, спит с барышнями ее возраста.

В послевоенном Токио — точнее, в его воображаемой версии, не связанной с реальной Японией — ищет пропавшую дочь лейтенант Кей (Чарльз Мелтон). Ради этого он готов спуститься даже в ад. И на этом пути к фантазийно кристальной преисподней он сталкивается с якудза, втягиваясь в эффектно поставленные боевые сцены.

Формально эти линии соединены легендой о Кожаном лице, охотнике за девушками с daddy issues, — но все-таки остаются скорее соседствующими, чем взаимосвязанными. Девичья линия — чрезмерный кэмп (в какой-то момент героини-актрисы снимаются в пестрой версии «Стартрека»), японская — скорее мифологизированный боевик.

Лейтенант Кей — такой же супер-, как и другие герои Рефна: персонаж Мадса Миккельсена из «Валгаллы» (2009) и Райана Гослинга из «Драйва» (2011). Неразговорчивый и справедливый, он использует насилие как инструмент установления мира, а его рельефные мышцы эффектно сверкают на свету.

Современных героинь окружают розово-сине-фиолетовый неон, туман, небоскребы и лифты — концентрированный коктейль рефновской эстетики. Девушки — куклы, артистки и нимфоманки — позируют как модели и рычат как дикие животные, носят либо платья, напоминающие дискошары, либо кожу и латекс. Но эротизация и гиперстилизация здесь существуют сами по себе — за ними ничего не скрывается. В центре внимания оказываются в основном женщины: хотя их отношения друг с другом сложны и запутанны, все равно не пропадает ощущение, что играют они роль дорогих декораций. Так, героиня Кристин Фросет появляется, исключительно чтобы соблазнять мужчин и демонстрировать собственную глупость.

Николас Виндинг Рефн непрозрачно намекает на сказочность и мифологичность происходящего: в фильме несколько раз упоминается его земляк Ганс Христиан Андерсен и подчеркивается архетипичность роли злой мачехи.

Вернувшись в большое кино после долгого перерыва, Рефн не открыл новую главу в своей фильмографии — но создал визуально безупречную историю об отцах и детях. Не как исследование, но как набор образов «Ее личный ад» работает убедительнее всего. Это, возможно, самый визуально выверенный фильм Рефна — гипнотический, медленный, предельно стилизованный. Режиссер говорит на языке, которым овладел в совершенстве, и эксплуатирует он собственные приемы лишь за тем, чтобы отрефлексировать, пускай неуклюже, творческий путь.

#рутинныезаметки #дианагабитова