Эскалация на Ближнем Востоке демонстрирует стратегические противоречия, объективно работающие на пользу Москвы.
Как заявил Путин, Россия не раз предупреждала, что попытки дестабилизировать ситуацию на Ближнем Востоке поднимут цены на нефть и газ.
Иранский фактор и тактика Вашингтона: запущенная Тегераном операция "Безумец" (стратегия изматывания западной коалиции через удары по инфраструктуре) привела к росту цен на нефть $90-100 за баррель и коллапсу транзита через Ормузский пролив.
Цена на нефть растет быстрее, чем заканчиваются ракеты и дроны у Ирана. Биржевые аналитики прогнозируют скачки до $150 и выше за баррель.
✔️В этих условиях Вашингтон демонстрирует тактический прагматизм (точнее – вынужденный и явно временный).
* Сдержанность в ядерной сфере: США заняли мягкую позицию по резолюциям МАГАТЭ, что коррелирует с критической зависимостью американских АЭС от российского урана (порядка 20%).
* Энергетические послабления: Выданы генеральные лицензии для "Лукойла" на обслуживание контрактов, продлены сроки по сделкам с активами.
* Предотвращение коллапса: Вашингтон стремится избежать одновременного противостояния на двух энергетических фронтах, понимая, что вытеснение РФ с рынка в дополнение к ударам по Ирану обрушит мировую экономику.
Очевидно, что Россия в этом конфликте – структурный бенефициар, а не союзник.
Как отмечает аналитик Kpler Навин Дас: "Чем дольше конфликт, тем больше мир будет зависеть от российской нефти".
Стратегический горизонт: Москва считывает временный характер уступок: бонусы - лишь тактический маневр для удержания РФ от прямой поддержки Ирана. В случае успеха в иранской кампании давление на Россию и Китай неизбежно ужесточится.
Отсутствие условий для деэскалации и растущие бюджетные поступления формируют у Кремля устойчивую мотивацию к сохранению статус-кво.
👉🏼Не теряем связь! @cho_opyat