В этом году исполняется 50 лет со смерти Пьера Паоло Пазолини. 50 лет — это приличный срок — полвека, как никак. Ему было 53 года, когда его жестоко убили, то есть с момента его смерти прошло почти столько же времени, сколько он прожил. Много всего должно было бы произойти, измениться, да? Но не изменилось — П.П.П. и после смерти подвергается цензуре. Пазолини не меняется — он остается собой.

При жизни он испытывал неимоверное давление — 33 судебных дела было возбуждено за все время его не такой уж долгой карьеры поэта, писателя и режиссера. Об этом пишет Роберто Карнеро в книге «Пазолини. Умереть за идеи», он не вылезал из судов:

Писатель стал участником не более, не менее, чем 33 судебных процессов. С момента публикации романа «Шпана» (1955 года), после выхода каждой очередной книги и каждого нового фильма (кино подарило Пазолини широкую известность, за которую он платил и подобным образом), неизменно находился обиженный гражданин, ощущавший себя обязанным строчить жалобы и доносы с самыми разнообразными обличениями, среди которых превалировали обвинения в непристойности и оскорблении религиозных чувств. Пазолини проводил значительную часть своего времени в адвокатских конторах, обсуждая стратегии защиты.

И сейчас его биография выходит на русском с черными полосами. Целые страницы закрашены сплошным черным. При чтении это производит сильное впечатление. Даже если ты знаешь об этом заранее, читая книгу и находя закрашенный текст, испытываешь недоумение и растерянность. Как поясняет редакция, это решение «вынужденное, чтобы издание могло увидеть свет». 

И правда, с одной стороны, биография Пазолини в 2024 году (дата выхода) на русском — уже вещь удивительная. С другой — биография, которую мы заслужили.

У итальянцев есть устоявшееся выражение: «очередная книга про Пазолини», вроде «сколько можно — их и так уже много». Но за этой фразой кроется и другой смысл — сколько бы книг о Пазолини не выходило, его наследие все равно остается недостаточно изученным, недостаточно понятым и осознанным.