Я встречала совершенно прекрасные обзоры на книгу «Вероятно, дьявол» по поиску в телеграме. И мне не хочется повторять то, о чём уже писали: набоковские отсылки, то, как героиня-студентка, таскаясь за мерзким профессором, представляет себя в главной роли артхаусного фильма (в моей голове это была картинка в духе Гаспара Ноэ), богатый язык Софьи Асташовой, который, впрочем, немного упрощается ближе к концу истории. 
 
Хочется скорее поговорить о том, зачем «Вероятно, дьявол» написан так безысходно и откровенно. Студентка Софья (Соня) – точно не жертва. Она себя таковой не видит и не чувствует. Это не Ванесса (из всем известной книги), не беспомощная обманутая нелюбовью девчушка. Ей не 15, а 21. Она выбирает своего мучителя сама. Парадокс Сони в том, что она ненавидит профессора, его потребительское холодное отношение, его жадность, но продолжает играть роль услужливой рабыни, терпеть его хамство, ублажать этого отталкивающего человека, от которого все прочие студенты держатся на почтительном расстоянии.
 
По некоторым другим особенностям героини мы можем примерно понять, как она вляпалась в такую историю – у неё есть проблемы и с алкоголем, и с эмоциональным перееданием. Пытаясь убрать один костыль, зависимая психика ищет другой. Зависимость от человека вместо условных бургеров - почему бы и нет? Психике всё равно. Так в жизни Сони появляется профессор – женатый, мерзкий, с шутками ниже пояса и с такими же интересами. 
 
Читать «Вероятно, дьявол» больно, потому что ты ждёшь от персонажа Сони хоть какого-то роста. Но рост у героини случается разве что отрицательный. В какой-то момент становится понятно, что придётся быть свидетелем унижений до самого конца. А ведь это очень жизненный  сценарий. Как бы ни хотелось отождествиться с персонажем, который всё понял, отряхнулся и пошёл, нам предлагается не совсем литературное развитие событий – погрузиться на самое дно и там окопаться. 
 
«Вероятно, дьявол» также не похож на терапевтирование об читателя, в то же время это и не книга-напутствие – нам не расскажут, как выйти из зависимости от человека с гордо поднятой головой. Текст также не выглядит как роман выпускницы курсов креативного письма: здесь сломана классическая арка героини, литературный закон попран, но сделано это классно, потому что именно этот ход заставляет спорить о книге и о том, зачем это сделано так. 
 
Мои предположения такие:
1. Книга абсолютно правдива от начала и до конца. И «припудривать» прошлое фикционализацией не хотелось. 
2. Писательское желание побунтовать, рассказывая историю так, как этого хочется, а не так, как этого ждут. 
 
В конце концов неважно сколько в книге правды, а сколько вымысла. «Вероятно, дьявол» получился увлекательным триллером, в первую очередь интересной и затягивающей историей. А этот контраст пышности языка и дикости происходящего – ещё одна фишка Софьи Асташовой. Нет, можно было, конечно, написать историю, где все всё вовремя осознают, красиво мстят и картинно пьют вино на похоронах обидчика. Но маленький бунт против правил и большая смелость быть собой – то, что мне гораздо больше нравится в современных писательницах и писателях.